Высшее образование женщин в США в XIX в.

С. М. Аскольдова

Последние два десятилетия в США необычайно возрос интерес к различным аспектам жизни, деятельности, а также исторического прошлого женщин. Это связано с ростом самосознания и активизацией женского движения, которое получило эффективные импульсы в 60-е годы под воздействием массового леворадикального молодежного протеста, а также борьбы черного населения за гражданские права, вызвавших изменения, говоря словами В. И. Ленина, «во всем психическом укладе»[1] американского общества.

Высшие учебные заведения (они же и главные центры исследовательской деятельности) стали «инструментом в процессе социальных перемен»[2], а изучение истории образования женщин и расширение возможностей для поступления их в высшее учебное заведение должны были способствовать наступлению этих перемен. Именно молодые женщины из леворадикальной организации Студенты за демократическое общество были инициаторами учреждения одного из первых курсов по истории женщин в Свободной школе Нового Орлеана в 1966 г. «Изучение истории чернокожего населения, как и женщин, дает возможность изучить опыт прошлого и проанализировать причины угнетения», — отмечает известная исследовательница истории и положения женщин в США[3].

Решающее значение имели кардинальные изменения в использовании женского труда в процессе производства в условиях научно-технического прогресса, при росте автоматизации труда, расширении сферы обслуживания, счетно-вычислительных компонентов производства. К 1975 г. почти 50% всего работоспособного женского населения США входили в категорию «получающих зарплату», причем 70% из них работали полный рабочий день[4]. В связи с этим проблема получения образования, квалификации, а также переквалификации в условиях модернизации производственных процессов приобрела исключительно актуальный смысл и практическую значимость.

С конца 60-х годов начали возникать комиссии по изучению проблем, касающихся женщин. Многие из них возникли внутри политических и профессиональных организаций: в 1968 г. — Женский кокус в области политических наук, в 1969 г. — Координационный комитет по проблемам женщин в среде историков, в 1970 г. — Комитет по проблеме женщин в области философии и т. д. Принятие конгрессом (в 1972 г.) поправок к закону 1965 г. о высшем образовании, в том числе запрещавших дискриминацию женщин в учебных заведениях, получающих федеральную помощь, было также результатом требований демократических сил, молодежных и женских организаций. В 1984 г. эти поправки фактически были отменены администрацией Рейгана, и сегодня «многие школы вернули себе право устанавливать квоту на учителей-женщин и ограничивать допуск женщин к определенным программам обучения»[5].

Женщины же, занятые научной деятельностью, «при одинаковом уровне квалификации, получают меньше мужчин. Такое явление распространяется на любой вид института, на любой уровень работы, на любой возраст… на любую отрасль научного труда»[6]. Это поражение демократических сил связано с поражением борьбы за принятие XXVII поправки к конституции, гарантировавшей равные права женщин с мужчинами.

Основные средства, на которые ведутся исследования по истории женщин и преподаются соответствующие курсы, поступают от фондов Форда[7], Рокфеллера, Карнеги, Рассела и т. д., а также от федерального Национального гуманитарного фонда, созданного в 1965 г.

К 1980 г. проблемные курсы по истории женщин были введены в учебный процесс 51,5% исторических факультетов университетов[8]. В 1982 г. таких курсов насчитывалось до 30 тыс.[9] Координацию этих работ осуществляют два центра — Национальный совет по изучению проблем женщин (НСИЖ), созданный в 1982 г., и Национальная ассоциация исследований проблем женщин (НАИЖ), существующая с 1977 г.

С конца 60-х годов возрос выпуск пропагандистской и исследовательской литературы по проблемам истории и положения женщин. Издавалась она научными центрами и женскими организациями (в настоящее время зарегистрировано около 200 женских организаций). Появились десятки периодических изданий. Были опубликованы первые научные библиографии и биографические справочные издания[10].

Американские историки — одно из самых мобильных звеньев в общенациональной борьбе за женское равноправие. Известные исследователи профессора Герда Лернер и Энн Скотт избирались президентом Организации американских историков (соответственно в 1981 и 1983 гг.). Примечательно, что в настоящее время они принадлежат к группе ведущих специалистов в области истории женщин[11] наряду с Алис Росси, Флоренс Хау, Маргарет Россистер[12].

Интерес к проблемам истории образования вырос в последней трети XIX в. Он был вызван необходимостью научного осмысления этого процесса для выработки практических мер усовершенствования образования и его перестройки в условиях бурного развития страны.

Один из крупнейших исследователей американского образования, Л. Кремин, отмечал, что в 90-е годы необычайно обострился интерес к программам подготовки технических кадров, «специализированной профессиональной подготовки учителей, возрос интерес к изучению образования, усилилось имеющее глубокие корни движение за реформы в сфере образования»[13]. В 1855 г. начал выходить «Америкэн джорнал оф эдьюкейшн»[14], на страницах которого публиковались исследовательские статьи по проблемам образования и его истории.

В 1886 г. создается Национальная ассоциация по проблемам образования, публикуются отчеты Бюро по вопросам образования, монографии под редакцией руководителя Бюро известного профессора У. Т. Харриса. В этой серии перу профессора педагогики университета Индианы Р. Дж. Буну принадлежит монография с двумя разделами по истории образования женщин[15]. Студентка профессора и президента Колумбийского университета Ф. А. П. Барнарда Э. Мейр[16] выступает с книгой на эту же тему. История образования, в том числе женского, начинает оформляться в самостоятельную научную дисциплину.

В 1900 г. в серии «Монографии по истории образования», подготовленной к Парижской выставке, вышли работы по истории женского образования[17]. То были первые шаги, поэтому историк Г. Адамс имел полное основание с сожалением констатировать, что «в истории Америки едва ли упоминалось хотя бы одно женское имя… Американское искусство, как и американское образование, является бесполым…»[18].

В первые два десятилетия XX в., насыщенные борьбой за политическое равноправие женщин, завершившейся принятием в 1920 г. поправки к конституции, история американских женщин привлекла к себе еще большее внимание. Тогда же историк экономического направления Артур М. Шлезингер выступил с принципиальной работой о роли женщины в американской истории[19]. Фундаментальное двухтомное исследование истории образования женщин было написано последователем известного историка-прогрессиста Ч. Бирда Т. Вуди в 1929 г.[20], после чего соответствующие разделы стали появляться и в других изданиях.

Соавтор Ч. Бирда и автор ряда книг[21] Мэри Ритта Бирд выступила за создание международного архивного центра по истории женщин, но от этой идеи пришлось отказаться, и в 30-е годы при ее участии были сделаны первые шаги в формировании архива в библиотеке[22] женского колледжа Рэдклиф (г. Кеймбридж). Тогда библиотека получила первые пожертвования, а в 1943 г. — архив миссис Парк. В 40-е же годы был создан архив Софии Смит в колледже Смит (самый большой и престижный женский колледж, расположен в г. Нортгемптон, штат Массачусетс) и Национальный архив по истории чернокожих женщин в Вашингтоне. Здесь были собраны источники, послужившие базой для исследований, число которых резко возросло, как упоминалось, в результате усилившегося внимания к истории женщин в 60-80-е годы.

В России в конце XIX в. интерес к организации образования за рубежом, особенно народного образования в США, был велик. Стали появляться книги на эту тему[23]. Одним из первых ознакомил русскую общественность с развитием женского образования в США известный деятель российского просвещения П. Г. Мижуев, исследовавший американские работы, в том числе статистику, и опубликовавший серию статей, а затем и книгу[24]. В 1900 г. другой русский автор, Л. А. Богданович, в книге об американских университетах[25] представил анализ системы образования для женщин.

В период революционных событий 1905 г. почти во всех университетах России преподавательские советы явочным порядком приняли решения о допуске женщин-вольнослушательниц в учебные заведения[26]. Одновременно происходило расширение частных и общественных высших женских курсов — Бестужевских (Петербург), Герье (Москва), Киевских, Казанских, Тифлисских и т. д. На I Всероссийском съезде по образованию женщин в 1912–1913 гг. с докладом по образованию женщин в США выступил известный юрист П. И. Люблинский, посетивший эту страну в 1910 г. Доклад содержал значительную информацию и анализ американской системы. Он был сразу же напечатан в «Вестнике воспитания» и вскоре вышел отдельной брошюрой[27]. Тогда же о совместном образовании в Англии и Америке выступил П. Г. Мижуев[28].

В советской американистике история женского образования в США не исследована[29]. Отдельные упоминания и оценки, содержащиеся в работах по современной высшей школе США[30], не могут восполнить пробел в изучении этой сферы истории социально-политической и культурной жизни американского народа.

Исторический подход к развитию образования женщин позволяет рассматривать движение за права женщин на образование как один из потоков общедемократического процесса. В каждой стране движение за право на образование развивалось по-разному, имело свои специфические черты и особенности. В Соединенных Штатах в XIX в. прослеживается четкое различие между более демократическим и интенсивным развитием школьного образования и более консервативным развитием высшей школы. Истоки такого явления уходят корнями в колониальное прошлое, когда школа по необходимости создавалась приходом, общиной и в ней обучались и мальчики и девочки (иногда вместе, иногда в разные смены и даже сезоны года). Здесь же они получали и религиозное воспитание. Отсутствие столь четкого социального расслоения общества, как в Европе, сделало школьное образование в США более продвинутым, что можно отнести и к женскому школьному образованию. И все же к концу XVIII в. в штатах Новой Англии мужское население было полностью грамотным, тогда как среди женщин неграмотными оставались 50%[31].

Сам быт первых американских поселенцев, осваивавших природу и приспосабливавшихся к новым условиям жизни, сделал женщину активной участницей общественных событий. Женщины среди пионеров-переселенцев пользовались определенными преимуществами по сравнению с ситуацией в метрополии в семейном и общественном положении.

В производственной сфере с развитием промышленности США женщины низших классов подвергались еще большей эксплуатации, чем мужчины. Однако в быту они не испытывали на себе бремени многих предрассудков, характерных для европейской действительности. Быт отличался известным демократизмом, женщины пользовались определенной независимостью и подчас равенством с мужчиной, что допускалось этикой пуритан.

После создания США школьное образование вошло в компетенцию штатов и на протяжении XIX в. развивалось от всеобщего начального до всеобщего среднего образования (при этом часть школ имела частный, элитарный характер, существовали школы религиозных деноминаций).

Решающее влияние на поступательное развитие школьного образования и вовлечение женского населения в этот процесс оказывали как социально-экономические факторы, так и национальные традиции. Нельзя переоценить и влияние на это развитие усилий американских просветителей Б. Франклина, Б. Раша, Т. Джефферсона, которые считали всеобщее образование населения необходимым условием существования демократического общества, реализации демократических прав и законов.

Правом на высшее женское образование с колониальных времен пользовались господствующие классы. Однако они перенимали систему ценностей метрополии, где женщины практически не получали высшего образования, где им был закрыт доступ в высшие учебные заведения. Таким образом, развитие высшего женского образования в целом, как уже отмечалось, в США значительно отставало от школьного. Не только в колониальной Америке, но и в независимом государстве — США до середины XIX в. отсутствовали возможности поступления в колледжи и университеты женщинам[32]. Социальные и экономические факторы в данном случае не могут трактоваться как императивные. На выдвижение требований о предоставлении женщинам таких возможностей первостепенное влияние оказывали созревание общественного сознания, идеи Просвещения, рост сопротивления дискриминации в результате развития общественного сознания.

За право женщин на среднее специальное и высшее образование выступили американские просветители, которые видели в этом не только одну из практических задач общества, но и условие, способствующее просвещению общества, совершенствованию его социально-правовых основ. В работе 1786 г. о принципах образования в республике Б. Раш определил новую систему ценностей, сложившуюся в независимом государстве и детерминировавшую его потребности и задачи в сфере женского образования. Он утверждал, что американская действительность заставляет отказаться от представлений о женщине «в европейском смысле», ибо в Америке она активнее участвует в производственном процессе, раньше выходит замуж (в колониальный период по количеству женское население уступало мужскому), в семье на нее ложится большая нагрузка не только по уходу за детьми, но и по их образованию, чему объяснение можно найти в таких факторах, как разбросанность населения по территории и нехватка учителей. На американских женщин, отмечал Б. Раш, возложена большая ответственность, чем на жительниц Великобритании, они должны воспитывать своих сыновей в духе «принципов свободы и самостоятельности»[33].

Помимо предметов домоводства, элементарной грамоты и счета, Раш считал необходимым способствовать общему развитию женщин преподаванием естественных наук, истории, литературы, основ политических и экономических наук, для чего необходимо было расширить рамки начального школьного образования и предоставить женщинам право на образование, получаемое в полных средних школах и колледжах.

После революции законы штатов об общественной системе школ принимались постепенно, среднее школьное образование стало общедоступным лишь в конце XIX в. Частные средние женские школы для обеспеченных слоев стали появляться раньше государственных, хотя число их также было невелико (до 1820 г. — 6 школ, к 1850 г. – 104[34]).

По мере развития системы школьного образования, в особенности на уровне средней и полной средней школы, ощущался острый недостаток учителей. Там, где существовали женские общественные школы, преподавателями, как правило, были женщины. В этих школах учителям-женщинам отдавалось предпочтение еще и потому, что труд их оплачивался значительно ниже мужского. В штате Мэн, например, в 40-е годы учитель-мужчина получал 15 долл. в месяц, женщина — 5 долл. В Вермонте, Коннектикуте, Индиане, Нью-Йорке женщина-учительница получала в 2 раза меньше мужчины[35].

Привлечение женщин к преподаванию в школах началось еще в первые десятилетия XIX в. К 1850 г. женщин — школьных учителей было в 2 раза больше, чем мужчин. В школах Филадельфии, например, в 1842 г. работали 699 учительниц и 82 учителя[36]. Во время гражданской войны, когда значительная часть мужчин находилась в армии, число женщин-учителей возросло, и впоследствии, в 1870 г., ⅗ учителей составили женщины[37]. В 1898 г. в общественных школах обеих ступеней 67,8% учителей составляли женщины, в частных и общественных средних школах их было 53,8%[38].

Таким образом, женщины были привлечены к активному участию в важнейшей сфере духовной и социально-экономической жизни — в школьном образовании. Их заслуги на этой стезе давали основание крупнейшим американским педагогам, возглавлявшим движение за организацию бесплатной школьной системы, — Г. Манну, Т. Галуде, К. Стоу и другим — поддерживать требования о высшем образовании для женщин. Известный деятель в области демократизации системы высшего образования президент университета Брауна Ф. Вейланд в 1854 г. писал, что в целом «в Новой Англии… улучшение постановки школьного дела… произошло благодаря приобщению женщин к преподавательской деятельности»[39].

Потребность в преподавателях стимулировала движение за создание соответствующих учебных заведений для женщин[40].

В 1819 г. с заявкой на выделение штатом Нью-Йорк средств женской семинарии в г. Трое выступила 32-летняя Эмма Уиллард, уже известная деятельница просвещения. Документ Уиллард, представленный властям штата, одобренный Дж. Монро, Дж. Адамсом и Т. Джефферсоном[41], свидетельствовал о том, что его автор — человек, обладавший большим общественным и политическим кругозором, гражданин, призывавший к государственному подходу в решении проблемы женского образования, которое находилось «в руках частных авантюристов»[42].

Однако проект Уиллард о финансировании семинарии штатом не был принят, и, получив всего 4 тыс. долл., Уиллард создала семинарию, существовавшую опять-таки на пожертвования и плату за обучение, что определило состав учащихся — представительниц обеспеченных семей.

В семинарии главное внимание было обращено как на получение классического гуманитарного образования, так и естественнонаучного, которое было особенно хорошо налажено с помощью привлеченного к занятиям известного ученого-геолога Э. Итона. Уровень преподавания в семинарии был высоким, превосходившим уровень многих мужских колледжей, поэтому выпускницы семинарии были хорошо подготовлены к преподавательской деятельности, что и было задачей Уиллард, не поддерживавшей политических требований женщин. Тем не менее среди ее выпускниц, образованных интеллигентных девушек, были и такие, как Э. Стентон, одна из зачинательниц американского суфражистского движения. 200 девушек окончили семинарию Уиллард до того, как были открыты в США другие подобные заведения[43].

В 1828 г. в г. Хартфорд (штат Коннектикут) создала семинарию 28-летняя К. Бичер, через год прославившаяся памфлетом, в котором убедительно доказывалась необходимость выделения общественных средств на подготовку женщин к учительской деятельности и к квалифицированному домоводству. В 1832 г. Бичер создала Западный женский институт в Цинциннати, а в Бостоне — бюро по набору преподавателей для работы в женских учебных центрах западных штатов, куда и отправились около 500 человек. Этому движению оказывал содействие знаменитый педагог Новой Англии Горас Манн.

Вслед за Уиллард и Бичер женскую семинарию с собственной программой создала в 1836 г. Мэри Лайон (г. Саус-Хэдли, штат Массачусетс). Лайон к этому времени имела опыт учительской деятельности и организатора благотворительной помощи. Ей было 39 лет. Лайон выдвинула два основных принципа. Во-первых, «предоставить учащимся скромного достатка такие возможности для образования, которые по своим качествам не уступали бы возможностям богатых слоев общества»[44]. Во-вторых, предполагалось добиваться средств не только у властей штата, но и апеллировать к общественности и частным лицам в целях получения добровольных пожертвований. Принимались пожертвования как в размере крупных сумм, так и в 50 ц.

Благодаря энергии Лайон в течение 12 лет 70% выпускниц получили учительские удостоверения[45], а позже, в 1888 г., законодательные власти Массачусетса предоставили семинарии хартию, по которой она стала «семинарией и колледжем со всеми правами присуждения степеней и званий, какие присуждают любые университеты, колледжи или учительские семинарии штата»[46]. «В 1830–1840-е годы семинарии стали очень популярны, особенно в южных штатах… многие из подобных заведений получали хартию общеобразовательного колледжа»[47].

Создавались и колледжи. Первый женский колледж — Уэслейн — был основан в 1836 г. в г. Мейкон (штат Джорджия), в 1838 г. был основан колледж Гудзон в Алабаме, в 1852 г. — колледж Мэри Шарп в Теннесси. На Севере был открыт колледж в Иллинойсе (1849 г., г. Рокфорд), затем Бичер создает Милуоки-Даунер, в 1855 г. основан колледж Эльмира в штате Нью-Йорк[48].

Не все женские колледжи этого времени отвечали требованиям высшего учебного заведения по многим причинам, в том числе потому, что зачастую в них принимали девочек, не окончивших полную среднюю школу и получавших соответствующие знания уже в колледже. Такие частные заведения в значительной степени вынуждены были в этом отношении идти на уступки и учитывать потребности богатых, платежеспособных семей. Тем не менее женские колледжи появлялись. К 1901 г. их было в США 119[49].

Пионером совместного обучения стал Оберлинский колледж в Огайо (создан в 1833 г. как независимый, принимавший студентов любого вероисповедания, национальности, белых и цветных). Основан он был священником, деятелем «обновленческого движения», миссионером, проповедовавшим веротерпимость. Колледж стал оплотом аболиционистского движения в штате. Присутствие девушек в студенческой среде, по мнению руководства колледжа, должно было способствовать здоровому психологическому и эмоциональному климату в учебном заведении. Преследовались и другие практические цели: подготовка девушек к участию в деятельности будущих мужей, их деятельности миссионеров-христиан на Западе, подготовка к рациональному ведению хозяйства и т. д.[50]

Помимо общеобразовательного курса, девушкам был предложен «женский курс», так что по окончании колледжа первые три выпускницы (в 1841 г.) получили не только диплом бакалавра общеобразовательного колледжа, но и диплом о прохождении курса по специальной женской программе.

До 1860 г. опыт Оберлинского колледжа переняли несколько колледжей в штатах Среднего Запада, в том числе колледж Антиох, также в штате Огайо. Он был создан Г. Манном, выступившим с предложением введения новой научной дисциплины — педагогики.

Принципиальная постановка вопроса о совместном обучении женщин с мужчинами в колледжах и университетах встречала сопротивление во всех слоях общества. Противники высшего образования женщин выдвигали серию аргументов, которые опирались на оценку женщины как существа, стоящего на более низкой ступени по сравнению с мужчиной не только в интеллектуальном отношении, не только в физическом плане, что не давало-де возможности осилить процесс учебы, но и по причине, связанной с социальной ролью, функцией женщины, не требовавшей якобы высокой образованности.

Среди противников допуска женщин в высшие учебные заведения были и такие известные реформаторы системы высшего образования, как Г. Ф. Тэппен, президент Мичиганского университета, считавший, что допуск девушек в университеты снизит уровень преподавания. Все это свидетельствует о том, сколь сложной была проблема развития высшего образования женщин, какие трудности и предрассудки стояли на его пути.

«Библией противников совместного обучения»[51] стала книга известного бостонского медика профессора Е. Кларка[52], изданная в 1873 г., в которой он если и допускал возможность женского высшего образования без ущерба для женского организма, то лишь в виде исключения, в ограниченных дозах и только в женских колледжах. Шесть случаев, обследованных Кларком, из которых он сделал такие выводы, были взяты произвольно, и изучение данных не было проведено основательно.

После выхода книги Кларка в течение 10 лет в том же Бостоне Бюро рабочей статистики обследовало здоровье женщин, окончивших высшее учебное заведение, изучило статистические данные по этому вопросу и пришло к выводу, что «обучение женщин в колледже… не приносит неизбежного ущерба их здоровью…»[53]. В подборе материалов для Бюро большую работу провела созданная в 1881 г. в Бостоне Ассоциация выпускниц колледжей[54].

Поборники совместного обучения в колледжах в качестве положительного примера использовали успешное совместное обучение в общественных школах. В целом суфражистские организации, а также их союзники до отмены рабства — аболиционисты выступали за совместное обучение юношей и девушек, за прием девушек в существующие мужские колледжи. Многие феминистские организации, в том числе ассоциация, созданная К. Бичер, находились в оппозиции к суфражистскому движению[55] и к совместному обучению в высшем учебном заведении.

Г. П. Мижуев сообщал, что в 1877, 1880 и 1892 гг. в США «был произведен ряд исследований, результат которых был затем опубликован Министерством нац. просвещения… Сторонники совместного обучения привели солидные статистические данные и оказались победителями»[56]. Тем не менее многие известные организаторы университетов (например, психолог Г. Стэнли Холл, президент университета Кларка) считали, что совместное обучение «разрушит нормальное физическое и психологическое развитие юношей и девушек»[57]. Высказывались опасения о возможном снижении морали, нравственности при совместном обучении.

В этой дискуссии, где обсуждались проблемы физических, интеллектуальных возможностей, нравственной целесообразности совместного обучения, детерминирующими были основания, связанные с историко-экономическими факторами[58]. Так, инициаторами совместного обучения стали колледжи и университеты западных штатов, где было меньше по сравнению с Новой Англией респектабельных частных учебных заведений и где активность женщин средних слоев в общественном движении (в области школьного, библиотечного дела и т. д.) была высока. Здесь не было тех твердых традиционных барьеров «мужских» колледжей, какие были воздвигнуты вокруг элитарных Йеля, Гарварда, Принстона, и совместное обучение здесь было скорее правилом, чем исключением (в школах оно было повсеместным).

В 1869 г. Вайоминг, а на следующий год Юта первыми предоставили избирательные права женщинам, во многих штатах были приняты законы, предоставлявшие женщинам право голоса по проблемам образования, а затем и право быть избранными в соответствующие бюро муниципальных органов власти и штата.

В 1855 г. девушкам был открыт доступ в университет Айовы, в 1863 г. — Висконсина, затем Индианы, Миссури[59], Мичигана, Калифорнии. Расширение сети государственных университетов — учебных заведений штатов — после гражданской войны предоставило возможность совместного обучения женщинам средних и высших слоев общества.

Решающее значение для развития высшего образования, как известно, имел закон Моррилла[60], подписанный президентом А. Линкольном в 1862 г. Закон способствовал созданию университетов штатов и не содержал никаких ограничений относительно приема девушек в учебные заведения. Расходы на обучение в государственных вузах были значительно ниже, чем в частных, что также способствовало росту популярности этих вузов совместного обучения.

В 1872 г. в США было 97 колледжей и университетов, в которые принимались юноши и девушки. Из них — 67 — в западных штатах, 17 — в южных, 8 — в среднеатлантических, 5 — в Новой Англии. К 1880 г. более 30% всех американских высших учебных заведений принимали девушек, к 1900 г. — 71%[61]. Среди них были почти все университеты штатов (к концу XIX в. только университеты Виргинии, Джорджии и Луизианы были мужскими), а также 14 крупнейших частных учебных заведений[62], включая такие, как Стэнфордский (1891) и Чикагский университет (1892)[63].

На Востоке, в штатах Новой Англии, где традиционными были добротные частные школы и университеты, процесс совместного обучения, как мы видим, тормозился[64]. Университеты штатов здесь не возникали с такой быстротой, как на Западе, а средства по закону Моррилла в значительной степени были направлены на расширение частных учебных заведений (и новых, и уже существовавших[65]).

После гражданской войны в Новой Англии возникли респектабельные частные женские колледжи, которые до сегодняшнего дня принадлежат к учебным заведениям высшей категории. Так, в 1865 г. на пожертвования М. Вассара в штате Нью-Йорк был открыт женский колледж его имени, который должен был стать таким же заведением для девушек, какими были Гарвард и Йель для юношей. Затем были открыты колледж Уелсли[66] (в Бостоне — Кембридже) и уже упоминавшийся колледж Смит. В 1885 г. к ним присоединился колледж Брин Мор в Пенсильвании.

В перечисленных учебных заведениях разрабатывалась специальная программа образования девушек, включавшая большую группу предметов, необходимых женщине в быту, в воспитании детей, в ведении хозяйства. Сюда относились курсы экономики домашнего хозяйства, гигиены и физиологии, питания, лабораторная разработка меню, искусствоведения, педагогики. Но преподавание этих предметов «женского профиля» не заслоняло главной цели, которая была поставлена основателями новых женских колледжей, — преподавание традиционного классического курса наук, который был характерен для учебного процесса в старинных университетах — в Йеле, Принстоне, Амхерсте и др.

Студентками частных колледжей становились представительницы самых обеспеченных слоев. Так, в 1870 г. из 139 студенток колледжа Вассар (всего в нем числилось 185 студенток) только 6 не были дочерьми бизнесменов и высокооплачиваемых специалистов[67]. Дочери фермеров, средних городских слоев, служащих стремились в государственные учебные заведения, в создававшиеся в соответствии с законом Моррилла профессиональные учебные центры.

Принципиальную роль в истории американской высшей школы, ее перестройке в результате революционных реформ в 60-х годах XIX в. сыграл Корнеллский университет в Итаке (штат Нью-Йорк), основанный в 1865 г. В уставе университета впервые фиксировалось право совместного обучения юношей и девушек[68]. Популярность этого университета была исключительной[69] в связи с тем, что его модель (две ступени — колледж и научная школа) действительно соответствовала требованиям времени. В нем также были и профессиональные школы — инженерная, агрономическая, агротехническая, медицинская и т. д. Первой студенткой Корнеллского университета в 1872 г. стала Э. Истман, проучившаяся до этого два года в колледже Вассар. Признание Корнеллским университетом прав женщин на высшее образование и совместное обучение сыграли большую роль в преодолении косности и утверждении новых принципов.

В «цитадели» Новой Англии — Бостоне, где после гражданской войны движение за высшее образование женщин активизировалось, также было два направления: за и против совместного обучения в вузах.

Ассоциация за образование женщин Бостона, созданная в 1872 г. и состоявшая из представительниц «средних и высших слоев общества»[70], ставила своей задачей просветительскую и образовательную деятельность, занимала консервативные политические позиции, осуждала суфражистское движение. Активистками этого общества были жены и дочери профессуры Кеймбриджа — Бостона, видных священников, филантропов. Антисуфражистскую позицию ассоциации разделяли Ч. У. Элиот, президент Гарварда, известные профессора этого университета А. Гилман, Дж. Грину и другие, строго защищавшие принцип раздельного обучения.

Еще в 60-е годы суфражистское движение в Бостоне создало Ассоциацию для продвижения женщин[71], в 1881 г., как уже отмечалось, новое поколение создало Ассоциацию выпускниц колледжей. Они вели агитацию за высшее образование для женщин, отстаивали права женщин на совместное обучение в консервативных мужских университетах — Амхерсте, Уильямсе, Гарварде, Йеле. Они опирались на группу профессоров Бостонского университета, включая его президента У. Ф. Уоррена, при непосредственном содействии которого в 1877 г. было создано Массачусетсское общество за университетское образование женщин. В деятельности общества участвовал и президент Массачусетсского технологического института Дж. Д. Ранкле.

Уоррен и другие сторонники образования женщин, поставившие перед собой задачу «отправить в палеонтологический музей педагогической науки» консервативные педагогические установки и традиции Новой Англии, преодолевали противодействие. Как известно, профессором Бостонского университета был упоминавшийся Кларк, а также известный лингвист профессор Б. Уэпделл, который считал, что при совместном обучении снижаются учебные показатели мужской части студентов.

Тем не менее все семь колледжей, включая теологический, юридический, медицинский, созданных на базе бостонской медицинской академии[72] и научных школ Бостонского университета, открытых в 1871–1874 гг., принимали женщин. Они получали право пользоваться «всеми привилегиями колледжа наравне с мужчинами»[73]. «Бостонский университет по одному показателю опережает все другие американские университеты, принимающие женщин в качестве студентов, а именно этот университет допускает женщин и в качестве профессоров», — писал влиятельный бостонский журнал[74].

Состав первого набора студентов Общеобразовательного колледжа этого университета на треть был женским (7 из 18)[75]. Бостонский же университет первым в США присудил степень доктора философии женщине (Э. Макгли) в 1878 г. На следующий год две женщины вошли в Совет попечителей университета.

Принципиальное значение имело решение проблемы совместного обучения в Массачусетсском технологическом институте (МТИ, открыт в 1865 г.), крупнейшем авторитетном техническом высшем учебном заведении, где наряду с фундаментальными знаниями в области инженерных дисциплин студенты получали научную подготовку. Институт, расположенный в прилегающем к Бостону Кеймбридже, получил субсидию по закону Моррилла.

В начале 70-х годов МТИ начал принимать и девушек. Первой студенткой стала выпускница Вассара Э. Суоллоу, овладевшая курсом знаний в области химии. Она получила степень бакалавра и продолжила научную, а затем преподавательскую работу в МТИ.

Все эти новшества имели принципиальное значение, хотя практически среди студентов МТИ девушки составляли незначительную часть: с 1876 по 1889 г. среди студентов в среднем ежегодно была 21 девушка, в 1900 г. из 2,5 тыс. студентов — 44 девушки[76]. В других технических вузах студентки не только в конце XIX в., но и в XX в. составляли незначительный процент.

Это относилось и ко многим общеобразовательным колледжам и университетам. Например, в Мичиганском университете в 1870 г. среди студентов была 1 девушка и 429 юношей, а в 1898 г. соответственно — 588 и 745. 53% присужденных в данном году степеней бакалавра и доктора получили женщины[77].

Категорически сопротивлялись совместному обучению старинные колледжи Гарвард, Йель, Колумбийский университет, Принстон, а также университет Джонса Гопкинса, созданный в 1876 г. В колледже Амхерст (штат Массачусетс), несмотря на мнение Совета попечителей о целесообразности приема девушек и даже выделение стипендий для этих целей (1882), консервативные концепции в среде преподавателей и студентов были столь сильны, что колледж так и остался чисто мужским (до сегодняшнего дня).

Общественность Бостона и Кеймбриджа, Ассоциация за образование женщин, профессора и преподаватели общественных и частных женских школ обращались к руководству Гарварда с предложениями предоставить возможность девушкам получать высшее образование. В 60–70-х годах XIX в. происходит перестройка Гарварда, в которой первостепенную роль играл президент Ч. У. Элиот.

Во вступительной программной речи в октябре 1869 г. Элиот заявил, что характерное для Америки «либеральное отношение к женщине опирается на демократические основы, которые отвергнут несправедливость любого рода»[78]. Вместе с тем в этой же речи содержался фактический отказ принимать женщин в тот же колледж по причине трудностей, связанных с совместным пребыванием «сотен молодых мужчин и женщин, не достигших зрелости во взглядах и поведении и находящихся в возрасте, когда вступают в брак»[79]. Гарвард оставался мужским университетом. Однако, «руководствуясь практическими соображениями», от имени корпорации Гарварда Элиот предложил ввести «университетские курсы лекций для подготовленных девушек»[80].

По примеру некоторых университетов Англии была создана комиссия для приема экзаменов у девушек за полную среднюю школу, а также за первые два курса общеобразовательного колледжа. Объем экзаменационных требований был разработан преподавателями Гарварда. В первый же год из шести претенденток четыре сдали экзамены. Желающие получили возможность сдавать экзамены в Нью-Йорке, Филадельфии и Чикаго. В 1878 г. было уже 59 экзаменующихся[81]. Многие успешно сдавали экзамены на уровне колледжа, но им категорически было отказано в получении дипломов Гарварда. Президент Элиот утверждал, что степень может быть присуждена только тем, кто проведет годы учебы в самом университете.

В Кеймбридж стали приезжать молодые женщины для того, чтобы получить частные уроки у профессоров Гарварда. Первой среди них была Эбби Литч, впоследствии профессор классических языков колледжа Вассар. Такая практика обучения была принята во внимание группой энтузиастов, в первую очередь руководителем женской школы в Кеймбридже А. Гилманом, по инициативе которого и при согласии Ч. У. Элиота и профессоров Чайлда, Гидвина, Грину в 1879 г. была создана комиссия «семи женщин», которая возглавила план «Частного обучения женщин по программе колледжа». В этой комиссии были Э. К. Агассис, вдова известного ученого, основателя Музея сравнительной зоологии, М. Лонгфелло, дочь знаменитого поэта, профессора Гарварда, жены и дочери других ученых Гарварда, деятельницы Ассоциации за образование женщин.

Осенью 1879 г. на пожертвования и плату за обучение были организованы занятия 27 студенток (занятия по отдельным предметам, по первой ступени колледжа, а также для окончивших другие колледжи — на уровне второй степени, по программе докторской степени). В следующем году 42 студентки, распределенные по своим интересам на 27 групп, занимались под руководством 23 профессоров Гарварда[82]. Так был создан Рэдклиф, спутник Гарварда, который в 1894 г. получил хартию от штата, право присуждать все степени и почетные звания, являвшиеся привилегией Гарварда. В 1890 г. Рэдклиф впервые присудил степень магистра, а в 1902 г. — доктора философии. Впоследствии студентки Рэдклифа стали допускаться и на отдельные лекции и занятия в Гарварде, но, как писал исследователь Морисон в 1936 г., «женщины никогда не допускались к слушанию курсов на степень доктора медицины, хотя они были близки к этому в 80-е годы XIX в., а также не допускались в юридическую школу; никогда также не получили серьезной поддержки никакие проекты сделать Гарвард колледжем совместного обучения»[83].

По значению роли, которую колледж Барнард играл в разработке самой системы женского образования, он занял одно из ведущих мест. Этот колледж был создан при Колумбийском университете в Нью-Йорке.

Его президент Барнард, один из реформаторов высшей школы, был сторонником совместного обучения, но сопротивление попечителей и общественного мнения вокруг Колумбийского университета способствовало выработке иного проекта — создания женского колледжа, который он и выдвинул в 1879 г. К этому времени уже были случаи, когда отдельные девушки — дочери попечителей университета — допускались к слушанию лекций.

Барнард подчеркивал экономическую целесообразность создания не сепаратного женского учебного заведения, а колледжа под эгидой Колумбийского университета с привлечением того же преподавательского состава и использованием базы университета, в том числе его библиотек. И вообще, отмечал Барнард, «учебное заведение должно быть широким и либеральным, чтобы открыть двери всем желающим независимо от классовой принадлежности пола»[84].

В 1886 г. Совет попечителей принял решение о допуске девушек к выпускным экзаменам за университет и присуждении степеней. В 1889 г. был создан колледж Барнард, по сравнению с Рэдклифом более тесно связанный с университетом системой библиотек и совместными лекциями во всех колледжах и профессиональных школах университета: архитектурной, школе бизнеса, педагогическом колледже, школе журналистики, медицинском и теологическом колледжах[85]. С момента основания колледжа выпускницам присуждались степени Колумбийского университета. Разработка вопросов психологии, научно-исследовательская практика университета в данной области знаний, широко известная в США и за их пределами, а также исследования в области педагогики, подготовки преподавателей в педагогическом колледже Колумбии способствовали активному привлечению его выпускниц к работе в сфере воспитания, преподавания, в социальной сфере в целом[86], хотя важнейшие области профессиональной деятельности были закрыты или почти закрыты даже для самых образованных женщин из высших слоев общества.

Эта проблема не решалась, несмотря и на то обстоятельство, что в условиях расширения научной основы образования и подготовки научных кадров незначительному числу женщин[87] присваивались высокие ученые звания.

К началу XX в. из 28 млн женского населения страны старше 10 лет 5 млн были заняты почти во всех профессиях, в которых работали мужчины (из 303 профессий в 295[88]), из чего следовало, что получение образования для этих женщин являлось вопросом «хлеба насущного», определяло их жизненные позиции.

Вместе с тем, несмотря на то что процент женщин-студенток вырос (1870 г. — 21, 1890 г.- 35,2, 1900 г.- 36,8), он оставался низким для всего женского населения: в 1870 г. — 0,7, в 1900 г. — 2,8, в 1910 г. — 3,8[89].

О способностях и праве женщин на образование, на всестороннее развитие и участие в производственной и общественно-политической сфере на всех уровнях уже в конце XIX — начале XX в. говорило не только получение ими ученых званий, но и то обстоятельство, что среди окончивших полную среднюю школу было больше девушек, чем юношей. «На каждые три девушки приходятся два молодых человека, — пишет исследователь о положении в этой сфере на рубеже веков. — Но средняя школа все еще остается последней ступенью формального образования для большинства девушек, несмотря на большие достижения в развитии высшего образования женщин…»[90]

Примечательны наблюдения упомянутого П. И. Люблинского, который писал о всеобъемлющем влиянии прагматических мотивов при выборе профессии и получении образования в американском обществе на уровне «среднего американца». «Мужчина, заканчивающий свое образование (школу. — С. А.), рано устремляется в промышленную деятельность, желая поскорее составить себе капитал, являющийся главной движущей силой в Америке; женщина, наоборот, может дольше оставаться в школе… Если вы с американцем заговорите о литературе или искусстве, он будет смущенно слушать вас, пока, наконец, не скажет: „Будет лучше, если я познакомлю Вас с моей женой, она все это великолепно знает“»[91].

Таким образом, после гражданской войны образование на всех уровнях развивалось ускоренными темпами. К началу XX столетия США отличались высоким уровнем народного образования, высокой грамотностью населения[92]. Это относилось и к женской части американского общества. Коренные преобразования распространились на высшую школу. К ним следует отнести и предоставление права женщинам поступать в вузы, развитие совместного обучения. Но данные, приведенные в статье, свидетельствуют о том, что этим правом пользовался узкий круг женщин. Единицы получали ученые степени, но и они встречали непреодолимые преграды в получении работы в соответствии с квалификацией.

«С начала развития высшего образования в Америке, — написано в работе, изданной комиссией фонда Карнеги в 1969 г., — равенства между мужчиной и женщиной не было. И сегодня, несмотря на то что женщины составляют более половины населения студенческого возраста, они не представлены пропорционально даже на уровне начальной ступени колледжа, не говоря уже о высшей ступени и тем более о преподавательском составе вузов… Их охотнее привлекают к наименее влиятельной, наименее привилегированной и престижной работе»[93].

Тот факт, что, несмотря на огромный прогресс в развитии образования за истекшее столетие, на его экономическое значение и эффективность, проблема дискриминации женщин (и других категорий населения) остается острой и актуальной, свидетельствует о глубоких социальных причинах, порождающих эту дискриминацию.