Американская федерация труда и раскол Канадского конгресса профсоюзов (1937—1939 гг.)

К. И. Клейменова

Проблемы рабочего и профсоюзного движения Канады пока еще слабо разработаны в советской историографии. Только в последнее время они начали привлекать внимание исследователей, большинство которых, однако, обращается к событиям периода после окончания второй мировой войны.

Вопросы социального развития Канады занимают существенное место в монографиях советских экономистов — А. Г. Милейковского, В. В. Сущенко1. Некоторым аспектам классовой борьбы канадского пролетариата посвящены работы Б. Я. Алтаева, К. Ф. Ломова, Л. А. Виноградова, Г. И. Лузянина, В. Н. Мартыненко, О. С. Сороко-Цюпы, К. Н. Татариновой и др.2

В канадской марксистской историографии необходимо отметить труды руководящих деятелей компартии Тима Бака, Лесли Морриса3. В их работах освещение истории компартии Канады сочетается с глубоким анализом особенностей экономического и политического развития страны. На широком документальном материале в их исследованиях показано, что деятельность компартии на протяжении всей ее истории была неразрывно связана с рабочим и профсоюзным движением страны.

Вторая половина 30-х годов отличалась небывалым подъемом рабочего и демократического движения Канады. Тенденция к переменам, проявленная канадским народом во время федеральных выборов 1935 г., в последующие годы нашла яркое выражение в подъеме профсоюзного движения, содержание и характерную черту которого составляла упорная борьба за профсоюзы, построенные по производственному принципу. Движение это носило массовый характер, поскольку в него втягивались тысячи неорганизованных рабочих новых монополизированных отраслей. Смыкаясь с общедемократическим движением за гражданские права, против реакции, угрозы фашизма и войны, оно становилось политически более зрелым.

Подъем борьбы канадских трудящихся захватил в свою орбиту и крупнейший профсоюзный центр — Канадский конгресс профсоюзов (ККП), организационно примыкавший к Американской федерации труда (США). Хотя до этого ККП зарекомендовал себя верным проводником политики «классового сотрудничества», в 30-е годы он выступал с более передовых позиций, став в оценке внутренней и внешней политики правительства на сторону прогрессивных сил.

В отличие от раннего периода4 движение за производственные союзы развернулось в новых отраслях промышленных провинций востока страны, и это определило его успех. Создание в 1935 г. в Соединенных Штатах Комитета производственных профсоюзов (КПП) придало движению в Канаде более широкий, а главное организованный характер. Исполком КПП оказывал канадским союзам финансовую помощь, а также направлял в Канаду функционеров, в первую очередь на предприятия, связанные с американским капиталом5.

Не затрагивая старые отрасли, где были сравнительно сильны позиции цеховых союзов, организационная кампания велась в отраслях массового производства, почти не охваченных деятельностью союзов АФТ. Первые отделения производственных межнациональных союзов были созданы в 1936 г. на предприятиях сталелитейной монополии (DOSCO) в провинциях Новая Шотландия и Онтарио. В течение 1936—1937 гг. в Торонто, Китченере начал действовать союз резиновой промышленности, затем Объединенный союз рабочих электро- и радиопромышленности. После упорной забастовки производственный союз был создан на автомобильных заводах американской компании «Дженерал моторз» в г. Ошава. Укрепляли свои ряды уже существовавшие производственные союзы моряков, лесорубов и текстильщиков.

Важную роль в создании производственных профсоюзов сыграла Коммунистическая партия Канады. Еще в 1930 г. на базе созданных ею производственных профсоюзов в угольной, лесной и легкой промышленности была основана Лига рабочего единства. Несмотря на то что ее деятельность проходила в условиях кризиса, Лига тем не менее достигла значительных успехов, и в 1932 г. ее численность равнялась 40 тыс.6 Лига руководила многими забастовками, в ходе которых рабочие добились повышения заработной платы и улучшения условий труда. В автомобильной, сталелитейной, резиновой и текстильной отраслях именно коммунисты дали толчок к организации на производственной основе7.

«Идея создания производственных профсоюзов, которую партия внесла в сознание и в сердца сотен тысяч рабочих, стала движущей силой в последующих кампаниях, приведших к созданию производственных профсоюзов во всех основных отраслях промышленности по всей Канаде. В ряде отраслей промышленности союзы, созданные Профсоюзной просветительной лигой или Лигой рабочего единства, были теми начальными организациями, которые в процессе дальнейшего развития превратились в мощные профсоюзы, входящие теперь в Конгресс производственных профсоюзов или в Американскую федерацию труда»8.

Многие коммунисты, имевшие богатый опыт профсоюзной деятельности, теперь работали рука об руку с функционерами КПП и лидерами Канадского конгресса профсоюзов, придавая движению все более массовый и прогрессивный характер. К 1939 г. производственные союзы охватывали 15% всех членов канадских профсоюзов9. Влияние же их было гораздо большим. Вместе с новой формой в союзы влились тысячи малоквалифицированных и неквалифицированных, до сего времени не имевших доступа в замкнутые цеховые союзы. Наряду с производственными создавались новые и росли старые цеховые, национальные и католические профсоюзы. Это был период самого стремительного численного роста тред-юнионов за всю историю профсоюзного движения Канады. Так, если в 1935 г. число членов в них равнялось 281 тыс., то в 1938 г. оно поднялось до 385 тыс.10

Борьба за новую форму организации имела важное значение для Канады, ибо она ослабляла провинциализм и разобщенность рабочего класса, обсусловленные особенностями исторического развития страны.

Пролетариат Канады формировался в условиях превращения аграрной страны в промышленное капиталистическое государство. Слабость внутреннего рынка, наличие ряда экономически обособленных районов (при этом разделение двух важнейших промышленных районов — восточные провинции и Тихоокеанское побережье — обширными сельскохозяйственными областями), — все это поставило перед растущим рабочим классом территориальные барьеры.

Вторая, не менее важная особенность состояла в неоднородном по национальности составе населения. Только 50% канадцев англосаксонского происхождения, примерно 1/3 — франко-канадцы, проживавшие в основном в провинции Квебек11. Остальную часть составляли иммигранты европейских и дальневосточных стран.

Канада сравнительно поздно вступила на путь интенсивного капиталистического развития. Добывающие отрасли экономики (сельское хозяйство, лесная и др.) вплоть до первой мировой войны оставались главными отраслями хозяйства, где была занята почти половина самодеятельного населения12. По официальным данным, в 30-е годы соотношение числа занятых в сельском хозяйстве и в промышленности оставалось неизменным13. Организация пролетариата тормозилась и такими факторами, как долго сохранявшиеся свободные земли, большая иммиграция малоквалифицированных и неквалифицированных рабочих и отлив квалифицированной части рабочего класса в Соединенные Штаты, где была выше заработная плата и лучшие условия труда.

Организационные связи канадских союзов с Американской федерацией труда повлекли за собой идеологическую экспансию более сильных американских профсоюзов. Этому благоприятствовала и канадская действительность. Огромные прибыли от военных поставок в первую мировую войну и от использования дешевой рабочей силы иммигрантов позволяли предпринимателям Канады идти на уступки «своему» пролетариату. У него был более высокий, в сравнении с европейскими рабочими, уровень жизни.

Хорошая экономическая конъюнктура 20-х годов, сопровождавшаяся повышением занятости и ростом заработной платы, спад революционного движения в свою очередь явились питательной средой для распространения представления об особом, безкризисном пути развития стран Северной Америки. Среди пролетариата и трудового фермерства насаждались идеи реформизма и классового сотрудничества. Классовая борьба стала восприниматься как чисто европейское явление, чуждое Соединенным Штатам и Канаде. «Культивировавшийся реформистскими лидерами профсоюзов своеобразный «профсоюзный капитализм», связанный с созданием «рабочих банков», имел отрицательные последствия для развития рабочего движения» обеих стран14. Число организованных рабочих Канады к началу второй мировой войны не превышало 15% самодеятельного населения15. На 385 тыс. членов всех профсоюзов страны было четыре профсоюзных центра16.

Самый крупный из них по численности (160 тыс. членов) и влиянию — Канадский конгресс профсоюзов (ККП)17. В него в основном входили так называемые межнациональные союзы, объединявшие квалифицированных рабочих одной профессии США и Канады, с цеховой структурой организации. Кроме межнациональных, в ККП был ряд национальных и федеральных союзов служащих государственных и частных учреждений. Такой состав ККП во многом предопределил его присоединение с самого основания (1886 г.) к Американской федерации труда.

В 1927 г. национальные союзы (независимые и исключенные ранее из ККП) создали свой центр — Всеканадский конгресс профсоюзов. Эта организация была небольшой: в 1938 г. в нее входила 31 тыс. членов18. Ее союзы, кроме тех, которые объединяли железнодорожных рабочих, были слабы и сосредоточены в отраслях, где преобладал канадский капитал. В 1936 г. из Всеканадского конгресса вышел ряд союзов, которые в том же году создали Канадскую федерацию труда, еще более малочисленную (8500), не имевшую заметного влияния организацию19.

В провинции Квебек католическая церковь, использовав национальные и религиозные чувства франко-канадцев, помешала их организации в общих с англо-канадцами профсоюзах и сумела создать «свои», католические союзы. В 1921 г. на их базе был учрежден Католический конгресс профсоюзов, деятельность которого распространялась только на Квебек. Даже в лучшие годы численность его не превышала 52 тыс.20

Борьба за производственные профсоюзы все ближе подводила массы к осознанию необходимости оформления единого национального профсоюзного центра. Слияние в конце 1935 г. Лиги рабочего единства с ККП служило наглядным для них примером плодотворности объединения и укрепляло уверенность в том, что дальнейшие усилия в этом направлении небесполезны.

Производственные профсоюзы были инициаторами совместных выступлений союзов всех профцентров. Это было подлинное движение снизу, ибо оно опережало, а иногда шло вопреки желаниям профлидеров. Можно привести немало примеров достигнутых соглашений. В 1937 г. низовыми организациями различных транспортных союзов предпринималась попытка создания Транспортной федерации21. Ежегодно отмечавшийся День труда в 1937 г. впервые в Канаде совместно праздновали межнациональные и национальные союзы22. Летом 1937 г. в Монреале состоялась конференция межнациональных союзов с целью установления тесного сотрудничества между союзами провинций Онтарио и Квебека23.

Особо следует отметить рост боевого духа у католических профсоюзов и стремление к взаимопониманию с «английскими» профсоюзами. Так, межнациональные и католические союзы строительной промышленности Монреаля выработали общие требования о 15-процентном повышении заработной платы24. В адрес съездов ККП и Всеканадского конгресса поступали резолюции с требованием созвать конференцию межнациональных, национальных и католических профсоюзов для выяснения возможности их объединения.

Стремление к единству действий проявлялось в еще большей степени в период забастовок. Первую забастовку производственных союзов на заводах «Дженерал моторз» поддержали цеховые союзы всей страны. Производственный союз резиновой промышленности, по инициативе которого была начата забастовка рабочих канадско-американской монополии в г. Китченере, получил поддержку от союзов КПП, АФТ и Всеканадского конгресса. Известный профсоюзный деятель Канадского конгресса профсоюзов Г. Ватсон от имени членов союзов Онтарио заявил: «Независимо, к какой организации вы принадлежите, наш долг помочь вам»25. Подводя итоги этой забастовки, которая, между прочим, проходила уже после раскола ККП, один из ее лидеров подчеркнул: «…Забастовка показала, что единство существует, хотя формально его и нет. Рабочий класс может и осуществляет единство в достижении своих целей. Забастовка показала также, что никакое механическое разделение не помешает оказывать взаимную поддержку в трудной борьбе»26. 3500 членов межнациональных и католических профсоюзов одержали совместную победу над могущественной трамвайной компанией Квебека27. Весной 1939 г. профсовет Торонто поддержал забастовку американских печатников компании Херста, которые входили в союз КПП. Грин резко отрицательно реагировал на подобное сотрудничество цеховых союзов с союзами КПП28.

Выступления на местах не могли не оказать влияния на политику профлидеров. В докладе исполкома Канадского конгресса отмечалось: «Только путем объединения всех трудящихся мы сможем создать счастливую Канаду. Наша потенциальная мощь практически безгранична, если мы сумеем объединиться»29.

Перелом в отношении к межнациональным союзам наметился и у руководителей национальных союзов. Резко враждебный тон уступил место духу примирения и сотрудничества. «Рабочие, — заявил лидер Всеканадского конгресса, — должны добиться единства в своих рядах, являющегося необходимым условием для национального единства и международного сотрудничества»30.

Таким образом, шли поиски путей, средств, общих задач для совместных выступлений, углубления и расширения единства действий по отдельным вопросам в пределах города, провинции, отрасли. Под влиянием производственных профсоюзов в стране была начата широкая кампания за принятие законов, аналогичных закону Вагнера в Соединенных Штатах31. (Рабочее и социальное законодательство в Канаде намного отставало от большинства капиталистических стран: не было страхования по безработице и по болезни, отсутствовало нормирование рабочего времени и заработной платы и т. п.) И не случайно поэтому, что именно в 1937 г. провинциальные, а в 1939 г. федеральное правительства приняли законы, подтверждавшие право рабочих на создание союзов и запрещавшие предпринимателям под угрозой наказания штрафом или тюремным заключением проводить дискриминационную политику в отношении всех союзов и их членов32.

Производственным профсоюзам удалось преодолеть яростное сопротивление крупных монополий и провести организационную кампанию среди рабочих решающих трестифицированных отраслей. Политике «открытого цеха» был нанесен ощутимый удар в наиболее важном месте с точки зрения перспективы дальнейшей борьбы.

Эти условия способствовали тому, что отличавшийся пассивностью и стремлением к компромиссам рабочий класс теперь смелее шел на обострение отношений с капиталом. За один только 1937 г. стачек было больше, чем за два предшествующих года, а число участников в два раза превышало уровень 1936 г.33 Число потерянных рабочих дней было самым большим за все 30-е годы34.

Забастовки стали более крупными и, что важно, боевыми и организованными. Широкое распространение получали так называемые итальянские (или сидячие) забастовки, вызывавшие особую ненависть у предпринимателей. Наряду с требованиями повышения заработной платы и улучшения условий труда все чаще выдвигались требования признания союза и права на коллективные соглашения. Вошли в практику забастовки протеста против дискриминационной политики предпринимателей. 1936 год начался стачечной борьбой портовых грузчиков Великих озер, лесорубов Британской Колумбии, сталелитейщиков Квебека, швейников Торонто и Монреаля за признание союза, систему «закрытого цеха» и увеличение заработной платы.

Особенно трудные схватки с капиталом пришлись на долю рабочих текстильной промышленности Квебека и Онтарио, где, даже по признанию министра труда провинции Онтарио Кролла, существовала «чудовищно низкая оплата и бессовестная эксплуатация»35. В течение двух лет администрации компаний отказывались вести переговоры с союзом. В конце концов рабочие большинства предприятий добились удовлетворения своих экономических требований. И хотя союз КПП не получил официального признания, компаниям, как заявил функционер союза, «все равно придется иметь с ним дело непосредственно» или через комитет, с которым компании подписали соглашение36.

Общенациональный резонанс приобрела забастовка 4 тыс. рабочих американской автомобильной компании «Дженерал моторз» в г. Ошава (провинция Онтарио). В данном случае компания, стремясь помешать деятельности союза, соглашалась на переговоры по всем пунктам требований рабочих, кроме одного, — признание межнационального союза КПП. В конфликт вмешался премьер провинции Хепборн, приняв сторону компании. По его приказу в боевую готовность была приведена конная полиция, усиленная отрядом федеральных войск. В ответ на возмущение этими антирабочими действиями широких масс страны Хепборн заявлял: «Победой в Ошаве КПП проложит себе путь в наши основные отрасли — лесообрабатывающую, бумажную и горнодобывающую. Если понадобится, мы приостановим эту иностранную подрывную организацию у наших границ с помощью армии»37.

В поддержку рабочих Ошавы выступили профсоюзы всех профцентров страны, компартия, социал-демократическая партия (Федерация кооперативного содружества — ФКС). В г. Торонто состоялся 25-тысячный митинг, на котором выступавшие особенно подчеркивали тот факт, что, клеймя функционеров КПП как иностранных агентов, Хепборн «забыл», что «Дженерал моторз» вовсе не канадская монополия38. Два члена правительства Онтарио — министр труда Кролл и министр юстиции Роубак — открыто осудили своего премьера и встали на сторону бастующих, за что были принуждены выйти в отставку.

Стойкость участников забастовки и классовая солидарность помогли рабочим одержать важную победу. Администрация компании удовлетворила все требования, касающиеся повышения заработной платы и улучшения условий труда. Правда, в соглашении не упоминалось о межнациональном союзе, но само соглашение было подписано с местным союзом, который тем не менее был членом того же союза КПП.

Развернувшаяся в стране борьба за производственные профсоюзы и их деятельность говорили о глубоких сдвигах в канадском профсоюзном движении, служили предпосылкой реализации потенциальных возможностей создания широкого антимонополистического и антифашистского фронта.

На всеобщих парламентских выборах 1935 г. народ Канады нанес поражение консерваторам. 22% голосов, отданных третьим партиям, свидетельствовали о сдвиге влево. Это было выражение недоверия правительству, которое оказалось неспособным решить сложнейшие социально-экономические проблемы, вставшие перед страной. Либеральное правительство, пришедшее к власти в результате выборов, не спешило с выполнением своих широковещательных предвыборных обещаний.

В 1937 г. производство ряда отраслей экономики уже достигло уровня 1929 г., а в таких, как горнодобывающая, сталелитейная, энергетическая, этот уровень был уже оставлен позади39. Вместе с производством росли и дивиденды корпораций, однако уровень жизни населения оставался низким. За 1929—1933 гг. заработная плата снизилась в среднем на 40%. В дальнейшем рабочим удалось добиться некоторого ее увеличения. Индекс заработной платы увеличился с 85,1 в 1933 г. до 96,7 в 1937 г., тогда как индекс занятости за те же годы соответственно был равен 83,4 и 114,140. Рост стоимости жизни сводил на нет и это небольшое увеличение41. Безработица оставалась национальной проблемой № 1. Число безработных среди членов профсоюзов за эти годы было почти неизменным: 1935 г. — 14,6%, 1936—14,3, 1937—13, 1938 г. — 16,2%42. Кризис и засуха, высокие цены на сельскохозяйственное оборудование разорили фермеров зерновых провинций Западной Канады. По признанию федерального министра труда, в марте 1939 г., когда в связи с приближавшейся мировой войной производство Канады набирало темпы, на пособии находилось свыше 1 млн. жителей городов и сел43. В Торонто, например, столице самой богатой провинции, в 1937 г. каждый десятый жил на пособие44.

Выплата пособий оказалась непосильной для бюджета провинций, а многие муниципалитеты были на грани финансового банкротства. Расходы на социальные нужды в 1937 г. поглощали 25% их дохода против 6% в 1913 г.45 Кризис обнаружил поляризацию богатства и бедности не только внутри общества, но и между провинциями, что обострило отношения между членами самой федерации.

В условиях Канады на профсоюзы, как на самые массовые организации, ложилась особая ответственность за направление, по которому пойдет демократическое движение. Поворот профсоюзов влево говорил о том, что они могли выполнить свою миссию.

У рядовых членов широкий отклик находила идея независимых политических действий. Экономические битвы перерастали в поддержку безработных и молодежи, а затем в борьбу за создание независимой рабоче-фермерской партии.

Профсоюзы все активнее включались в антивоенное и антифашистское движение, в защиту республиканской Испании и демократических свобод. Рядовые члены союзов все отчетливее осознавали связь между борьбой за улучшение своего экономического положения и борьбой прогрессивных сил против реакционного режима провинции Квебек, против господства иностранного капитала в стране, за демократический курс внутренней и внешней политики федерального правительства Макензи Кинга.

Новая политика профсоюзов способствовала их сближению с компартией, партией ФКС, а также с общественными и демократическими организациями. Теперь нередки были случаи, когда профсоюзы принимали участие в избирательных кампаниях по выборам провинциальных и муниципальных властей в коалиции с другими прогрессивными элементами. Благодаря таким совместным действиям впервые в истории Канады в провинциальный парламент Манитобы был избран коммунист. Прогрессивные канадцы — профсоюзные деятели, коммунисты, члены социал-демократической партии (ФКС) и местных рабочих партий завоевывали места в городских советах, органах местного самоуправления. Межнациональные союзы Торонто и других промышленных городов создавали ассоциации для содействия выборам рабочих кандидатов.

Сотрудничество ККП с демократическими силами страны проявилось еще более явно в связи с национально-революционной войной в Испании. Созданный по инициативе компартии Национальный комитет помощи Испании объединял представителей всех прогрессивных организаций, в том числе профсоюзов. Союзы были в числе первых, кто начал сбор средств и выступил против введенного канадским правительством эмбарго на продажу оружия Республике46. 52-й съезд Конгресса канадских профсоюзов единодушно принял резолюцию, в которой говорилось: «Съезд выражает испанским рабочим свою искреннюю поддержку в их борьбе за справедливость, свободу и мир и уверенность в успешном ее окончании»47. Председатель ККП П. М. Дрейпер от имени организаций, входивших в Конгресс, выступил с открытым призывом к канадскому правительству ввести эмбарго на экспорт военных материалов в Японию, поскольку «японские бомбардировки гражданского населения Китая подрывали принципы, которые отстаивал рабочий класс»48.

Профсоюзы вместе с прогрессивными силами выступали за национализацию военной промышленности, за политику своего правительства, направленную на единство всех демократических стран против агрессии. «Даже еще сейчас, — сказал секретарь профсовета Торонто Джон Баклейв на одном из митингов, — Лига наций может сыграть важную роль, укрепив свои позиции и дав понять агрессорам, что Великобритания, Франция и СССР стоят за мир, но за мир не любой ценой»49.

Этот небывалый в истории Канады подъем массового рабочего движения был осложнен острым конфликтом в Американской федерации труда и стремлением ее лидеров распространить конфликт на Канадский конгресс профсоюзов. В истории взаимоотношений американских и канадских профсоюзов немало примеров, когда АФТ навязывала свою волю профсоюзам Канады, не считаясь с национальными интересами последних. В 1902 г. по приказу АФТ Конгресс исключил организации Рыцарей труда и чисто канадские союзы. В 1921 г. Конгресс принял межнациональный союз железнодорожных рабочих, не имевший никакого влияния в Канаде, исключив как параллельный ему национальный Объединенное Братство железнодорожников. Между тем национальный союз являлся одним из крупнейших союзов ККП. В обоих случаях вмешательство АФТ привело к созданию в Канаде еще двух профсоюзных центров.

В 20-х годах под угрозой исключения из состава межнациональных союзов канадские отделения вынуждены были выйти из только что созданной Рабочей партии Канады. Это явилось одной из причин ее распада на ряд мелких партий местного значения.

Конфликт второй половины 30-х годов носил более глубокий характер. Он отразился на всем последующем развитии профсоюзного движения США и Канады.

15 сентября 1936 г. исполком АФТ принял решение об исключении восьми межнациональных производственных союзов, образовавших КПП. При той организационной унии, которая существовала между американскими и канадскими профсоюзами, это не могло не сказаться на судьбе последних. В марте следующего года АФТ разослала всем своим региональным и городским советам США и Канады предписание исключить союзы КПП. Однако приказ исполкома АФТ встретил среди канадских союзов явно отрицательное отношение. Все они подтвердили свой состав, отказавшись от выполнения распоряжения.

Город Гамильтон — центр сталелитейной промышленности Канады — был первым и, пожалуй, единственным местом, где в профсовете отношения союзов АФТ — КПП приняли открыто враждебный характер. Здесь, на предприятиях крупнейших монополий, развернулась активная и довольно успешная деятельность производственного союза сталелитейщиков, поскольку существовавшие там цеховые союзы охватывали только незначительную часть и только квалифицированных рабочих. Несмотря на то что цеховые союзы сами отказывались принимать в свои ряды массы неквалифицированных, тем не менее они обратились с жалобой в исполком АФТ, восприняв организационную деятельность производственного союза как посягательство на их права.

Председатель АФТ У. Грин не замедлил воспользоваться ситуацией и направил в Гамильтон с приказом исключить из совета союзы КПП своего функционера. Момент для АФТ был чрезвычайно удобным — жалоба самих канадских союзов подтверждала тезис У. Грина о невозможности работать вместе с союзами КПП. Выбор функционера не был случайным. Джон Нобль возглавлял самый крупный и влиятельный из советов ККП — совет в г. Торонто.

Однако Ноблю не сразу удалось расколоть совет Гамильтона. При первом голосовании 51 его член (против 22) высказался за оставление в его составе представителей союзов КПП50. Чтобы провести решение АФТ, Нобль, минуя руководство ККП, своею властью не допустил на заседание совета представителей союзов КПП. Угодное ему решение было принято не без угроз в адрес делегатов, которые сопротивлялись или проявляли нерешительность51. Вопрос по существу оставался открытым. Ибо его решение не было окончательно санкционировано ни АФТ, ни ККП.

В первые годы, когда союзы КПП одерживали в Соединенных Штатах одну блестящую победу за другой, все силы и внимание руководства АФТ были направлены на то, чтобы вырвать инициативу у лидеров КПП, не допустить, чтобы новая организация заняла ведущее положение в американских профсоюзах. Глава АФТ У. Грин и его окружение не проявляли тогда особой заинтересованности в положении дел в Канадском конгрессе.

1938 год, несмотря на успехи движения за производственные профсоюзы в Соединенных Штатах, был более благоприятным для АФТ. Льюису не удалось сломить руководство Грина. АФТ сохранила своих членов, и уже начался ее рост. Стабилизация положения и преобразование Комитета производственных профсоюзов в Конгресс дали Грину возможность и основание усилить свой нажим на канадские союзы.

К 54-му съезду ККП (1938 г.) Грин направил личное послание его председателю П. Дрейперу и участникам съезда. «Союзы КПП, — говорилось в письме, — признаны Американской федерацией труда как параллельные союзы, поэтому их пребывание в рядах АФТ, а следовательно, и ККП не совместимо с конституцией межнациональных союзов, основавших и АФТ и ККП еще в прошлом столетии»52. В письме выражалась твердая уверенность в том, что Конгресс последует примеру АФТ. Лидеры ККП неоднократно вызывались в штаб-квартиру АФТ на так называемые консультативные встречи, где они подвергались «психологической обработке».

Борьба Грина против союзов КПП и его требование исключить канадские отделения из ККП объективно помогали канадской реакции. При наличии массы неорганизованных рабочих, раздробленности профсоюзов действия Грина, направленные на углубление этой раздробленности, нельзя не рассматривать как предательство тех, чьи интересы призвана была отстаивать руководимая им организация.

Поворот профсоюзов влево и роль союзов КПП в этом повороте вызывали тревогу у реакции. Влиятельные буржуазные газеты на своих страницах вели кампанию лжи и клеветы с целью дискредитировать руководителей, задачи и методы наиболее боевых союзов. Обвинением в том, что сидячими забастовками и непомерными требованиями они будто бы срывали все начинания правительства в области стабилизации экономики, реакция стремилась посеять неприязнь к производственным профсоюзам среди населения. В докладе правительственной комиссии, созданной для изучения положения в текстильной промышленности, приводился ряд примеров, характеризующих отношение монополий к союзам: «Компания, — заявил один из менеджеров, — не допустит, чтобы какая-то третья сторона встала между администрацией и рабочими или присвоила себе право каждого рабочего иметь дело непосредственно с нею»53.

Компании отказывались вести переговоры с союзами КПП, демонстративно подписывая соглашения с небольшими национальными союзами. Были нередки случаи, когда хозяева шли на повышение заработной платы с единственной целью — не допустить на свои предприятия функционеров КПП54. В случае забастовки, чтобы внести раскол в ряды бастующих, в первую очередь удовлетворялись экономические требования, с тем чтобы оставить открытым вопрос о признании союза. Например, на сталелитейных заводах г. Гамильтона за профсоюзную деятельность были уволены целые группы рабочих — членов производственного союза сталелитейщиков55.

Премьеры Онтарио и Квебека, этих основных промышленных провинций, где сконцентрировалась организационная деятельность союзов КПП, открыто заявляли, что не допустят «иностранных» агентов в свои провинции. С их помощью предприниматели противодействовали праву рабочих на организацию такими мерами, как дискриминация, террор, промышленный шпионаж и компанейские союзы. Реакционным силам для удержания своих привилегий чрезвычайно на руку был конфликт в рядах рабочего класса.

В этих условиях канадские межнациональные союзы полны были решимости отстоять свое единство. Развитие конфликта в американских союзах было таково, что исходом могло быть либо подчинение одной группы другой, либо полный разрыв. Союзы Льюиса по существу вели борьбу не только с монополиями, но и с руководством АФТ. В Канаде обстановка была совершенно иной. Вновь создаваемые производственные союзы как межнациональные присоединились к Канадскому конгрессу и пользовались его поддержкой.

Союзы КПП в Канаде твердо выступали за единство с цеховыми в рамках ККП. Это подтверждала вся их деятельность. Канадские отделения производственных союзов не стремились к организации параллельных союзов, направляя свою деятельность в отрасли, где цеховые союзы АФТ занимали очень слабые позиции, а чаще всего вовсе отсутствовали. Их лидеры в своем большинстве являлись видными профсоюзными деятелями Канады, искренне стремившимися к укреплению профсоюзного движения страны. Так, вице-председатель Конгресса Д. Моррисон являлся главой производственного союза угольщиков, одного из наиболее крупных и старых профсоюзов ККП. В течение ряда лет Моррисон избирался мэром г. Глейс-Бей (Новая Шотландия). Дик Стилл и Силби Баррет — функционеры КПП сыграли важную роль в организации сталелитейщиков Канады. С. Баррет много сил отдал профсоюзной деятельности среди горняков Новой Шотландии и Альберты. Они не противопоставляли ККП ни себя, ни свои союзы.

Во всех органах ККП — от исполкома до местных отделений — союзы АФТ и КПП работали в тесном контакте. Лидеры союзов АФТ на местах оказывали большую помощь организационным кампаниям союзов КПП в провинциях Онтарио, Квебеке и Новой Шотландии. Ни один из профсоветов, городских и региональных, не только не выполнил инструкции АФТ от 1937 г., но даже в феврале 1939 г. советы Торонто и Монреаля в свои составы ввели представителей союзов КПП56. Профсовет Торонто, считавшийся оплотом АФТ в Канаде, единодушно осудил решение исполкома АФТ об исключении союзов КПП. Опасения его председателя Дж. Нобля, что принятие подобной резолюции вызовет раскол самого совета, не оправдались57. Совет на протяжении всех последующих лет твердо выступал за сохранение единства в рядах Канадского конгресса профсоюзов.

Местные отделения союзов АФТ в Канаде за редким исключением с самого начала конфликта высказывались за сохранение единства. На собраниях принимались резолюции и письма в адрес ККП, АФТ, непосредственно Грина, Дрейпера и даже президента США Ф. Рузвельта.

53-й съезд ККП (сентябрь 1937 г.) проходил под лозунгом «Сохранить единство». Учитывая настроение местных союзов и опираясь на их требования, исполком ККП поставил на голосование резолюцию, в которой говорилось о «необходимости сохранить в составе Конгресса и его органах все те союзы, которые в настоящее время являются его членами»58. Под продолжительные аплодисменты Дрейпер закончил свое выступление словами: «Организованные рабочие переживают наиболее критический период, но я уверен, что данный съезд явится демонстрацией как нашей лояльности межнациональным союзам, так и того, что никакие силы нас не могут разъединить»59.

47 резолюций было представлено на 54-й съезд ККП в поддержку сохранения единства. Одиннадцать региональных и городских профсоветов, представляющих наиболее крупные промышленные районы страны, твердо высказались против раскольнической политики АФТ (среди них советы Торонто, Ошавы, Винипега, Виндзора и др.)60.

Съезд подтвердил прежнюю позицию Конгресса. В его резолюции говорилось: «Поскольку единое межнациональное профсоюзное движение в Канаде является главным фактором благополучия рабочих Доминиона; поскольку наше мнение таково, что рабочие могут и должны быть едиными… съезд подтверждает свое согласие с резолюцией предыдущего съезда, в которой выражалось стремление избежать раскола», и уполномочивает исполком продолжать усилия по поддержанию единства в Канаде и оказанию всемерной помощи восстановлению единства в Соединенных Штатах61.

После съезда отношения между ККП и АФТ все более осложнялись. Лидеры АФТ использовали всякую возможность для нажима на канадские профсоюзы.

58-й съезд АФТ (1938 г.) лишил Канадский конгресс права выдавать хартии городским и центральным профсоветам (таким правом Конгресс располагал с 1910 г.) и передал его в ведение исполкома АФТ62. Поводом к ограничению функций канадского центра послужило выступление на съезде АФТ представителя канадских профсоюзов Дж. Коулея. Дж. Коулей, сыгравший в 1937 г. немаловажную роль в расколе совета г. Гамильтона вопреки решению собственного съезда о единстве, выступил здесь с нападками на исполком Канадского конгресса, и особенно в адрес Д. Дрейпера и секретаря-казначея Р. Таллона63. На основании предложения Коулея в дополнении к докладу АФТ указывалось, что Канадский конгресс должен аннулировать хартии, выданные им национальному союзу моряков и городскому профсовету Гамильтона, поскольку в обоих случаях якобы затрагивались интересы АФТ64. О том, что это решение было принято АФТ в качестве дисциплинарной меры, свидетельствовал тот факт, что через год после исключения союзов КПП из Канадского конгресса сама же Федерация его аннулировала65.

Необходимо было сломить сопротивление канадских тред-юнионов, и Грин использовал свой главный козырь — межнациональные союзы. По его распоряжению в конце 1938 г. в г. Торонто было созвано совещание межнациональных союзов Канады для обсуждения создавшегося положения. По требованию исполкомов межнациональных союзов АФТ совещание выработало и предъявило Канадскому конгрессу решение, по тону и содержанию сходное с ультиматумом: исключить союзы КПП, угрожая в противном случае выходом из Конгресса всех межнациональных союзов АФТ66. Не ограничиваясь угрозой, ряд союзов прекратил уплату членских взносов в кассу ККП. Позже, выступая на съезде в 1939 г., секретарь-казначей Таллон заявил, что решение об исключении союзов КПП приняли межнациональные союзы, а исполком Канадского конгресса только выполнил их волю67.

Вскоре состоялась очередная «консультативная» встреча руководителей АФТ и Канадского конгресса, на которой последние расписались в своем поражении. Вернувшись в Канаду, лидеры в свое оправдание заявили, что «дальнейшая затяжка в применении акции к союзам КПП привела бы почти к полной дезорганизации Канадского конгресса»68. В условиях такого двойного нажима в январе 1939 г. исполком ККП принял решение об исключении союзов КПП. Действия Грина и его окружения, а также капитулянтская позиция исполкома ККП вызвали бурю протестов и возмущения в Канаде.

В связи с официальным извещением о январском решении исполкома ККП канадские союзы КПП опубликовали следующее заявление: «Мы очень сожалеем, что под нажимом исполкома АФТ исполком Канадского конгресса принял решение об исключении производственных союзов КПП. Мы отдаем себе отчет в том, что любой конфликт в наших рядах на руку реакционным кругам. У нас в Канаде нет споров с членами АФТ, у них — с нами. Мы и в дальнейшем будем работать в тесном единении»69.

Очень точно отразил положение и настроение на местах руководитель профсовета г. Поркьюпайна (АФТ): «Здесь, в Поркьюпайне, мы показываем замечательный пример содружества союзов АФТ и КПП, оказывая друг другу помощь. И руководители, и рядовые члены обеих групп союзов высказались за единство. Я уверен, что решение исполкома об исключении вызвано определенными действиями лидеров АФТ»70.

Большинство канадских профсоветов осудило решение своего исполкома и потребовало его отмены. Совет Торонто, например, квалифицировал действие исполкома как «недопустимый и произвольный шаг»71.

Показательно решение крупного канадского национального союза моряков: «…Ряды рабочего класса Канады жизненно заинтересованы в единстве. Как новый союз, который возник за последние три года и который ныне охватывает почти всех матросов Великих озер и многих на Атлантическом побережье, мы имеем возможность оценить единство для каждодневной борьбы. Мы настаиваем, чтобы Конгресс отменил решение об исключении союзов КПП. Только таким путем Конгресс сможет выполнить свои обязательства перед канадским народом»72.

Особенную озабоченность проявляли рабочие старых отраслей — текстильной и угольной. Глава союза текстильщиков указывал, в частности: «Только полное единство может улучшить положение рабочих текстильной промышленности. Раскол будет на руку врагам рабочего класса. Объединенный Конгресс межнациональных союзов АФТ и КПП, которые будут работать сообща, как они это делали до сих пор, окажет величайшую услугу рабочему движению. Для трудящихся это будет означать работу, успех борьбы за улучшение условий труда и жизни»73. Об отрицательном отношении к расколу со стороны местных союзов АФТ и КПП свидетельствовал и тот факт, что он не послужил началом взаимной грызни и нападок, как это случилось в США.

Было бы, однако, ошибочным утверждать, что давление АФТ не имело отрицательных последствий. Реакция у союзов АФТ и КПП на маневры Грина была несколько различна. Союзы КПП в Канаде смело выступали против тактики лидеров АФТ, открыто называя ее раскольнической и предательской по отношению к канадскому профсоюзному движению. Их не пугал разрыв Канадского конгресса профсоюзов с АФТ. Лидеры канадских производственных профсоюзов не были обременены грузом старых традиций и привилегированным положением профсоюзных боссов АФТ, а рядовые члены — преимуществами членов цеховых союзов. Все, чего они добились, было результатом их собственных усилий и борьбы, и не с помощью, а вопреки АФТ.

Успех, достигнутый союзами КПП в столкновении с автомобильными, сталелитейными магнатами, окрылял их и вселял надежду на то, что не далек день, когда производственные союзы станут решающей силой в отношениях между трудом и капиталом.

Среди межнациональных цеховых союзов Канады была более сложная и противоречивая обстановка. Для них вопрос о единстве с союзами КПП в рамках ККП и отношения с АФТ не были равнозначными. Цеховые союзы, как было показано выше, в целом выступали за сохранение обеих форм союзов. Однако уже в 1937 г. союзы металлистов, формовщиков, строительных отраслей выражали тревогу за свои позиции в связи с деятельностью союзов КПП в сталелитейной промышленности, среди рабочих по обработке цветных металлов и др. Именно по их инициативе была предпринята акция в Гамильтоне. И если на съезде Канадского конгресса в 1937 г. делегаты говорили о начавшихся спорах канадских союзов АФТ и КПП довольно осторожно, то в 1938 г. враждебные союзам КПП голоса раздавались уже досточно громко и отчетливо.

К 30-м годам значение и структура этих отраслей чрезвычайно изменились, а число занятых в них рабочих неизмеримо выросло, причем главным образом за счет малоквалифицированных. Имевшиеся в них издавна мелкие цеховые союзы не считались с новыми условиями, отказываясь открыть доступ для этой, теперь ставшей многочисленной категории рабочих. Естественно поэтому обращение самих рабочих в Канадский конгресс или непосредственно в производственный союз с просьбой прислать к ним функционера. Часто рабочие опережали организационную кампанию и самостоятельно создавали союз, прося только оформить его. Однако опасения цеховых союзов по поводу соперничества со стороны крупных отраслевых организаций были преувеличенными. Антагонизма можно было избежать. В Канаде имелось достаточно места и для производственных и для цеховых союзов, тем более, что политика союзов КПП в Канаде исключала параллелизм.

Решающую роль в капитуляции цеховых союзов сыграли факторы, вытекающие из тесной унии американских и канадских союзов. Межнациональные союзы АФТ — это хорошо налаженный, надежно функционировавший орган. Они располагали крепкой финансовой базой с фондами для выплаты пособий по безработице, в случае временной нетрудоспособности; их члены получали пенсии по старости и различного рода единовременные ссуды.

Членство в АФТ не только обеспечивало цеховым союзам Канады материальные выгоды, но и позволяло им оказывать решающее влияние на политику Канадского конгресса и тем самым занимать ведущее место в канадском профсоюзном движении. Поэтому хотя в своей массе межнациональные цеховые союзы не были враждебно настроены против союзов КПП и не поддерживали раскола своего профсоюзного центра в Канаде, их пугали серьезные перемены, могущие привести к потере того, чем они уже располагали. Не случайно в принятых съездами (1937—1938 гг.) ККП резолюциях говорилось о сохранении единства «на условиях, приемлемых для межнациональных союзов АФТ», не допуская таким образом, «неуважения и неповиновения их законам и политике»74.

В многочисленных резолюциях местных цеховых союзов Канады сохранение единства с АФТ даже не ставилось под сомнение. Характерно выступление делегата Канадского конгресса на съезде Британских тред-юнионов Роберта Хевитта: «Мы горды тем, что являемся частью АФТ. В настоящее время мы избежали вовлечения во внутренние распри американского рабочего движения. Но, как ясно было заявлено нашим последним съездом, этот статус может продолжаться только с согласия АФТ, а не вопреки ему»75.

Оказать влияние на политику всего межнационального союза и добиться решения, идущего вразрез с руководством АФТ, каждый из канадских союзов не мог, поскольку они занимали подчиненное положение и составляли их незначительную часть76.

Не имели они влияния и в исполкомах межнациональных союзов, так как те состояли почти из одних американцев и территориально располагались в Соединенных Штатах. Это объясняет то обстоятельство, что, чувствуя себя спокойней под эгидой АФТ, канадские отделения перед угрозой исключения из межнациональных союзов поддержали ультиматум своих исполкомов. Таким образом, цеховые союзы Канады были за единство с производственными союзами в рамках ККП, но не ценою полного разрыва с АФТ.

Двойственностью, а точнее нерешительностью отличалась позиция исполкома Канадского конгресса. По существу он проводил пассивную тактику, выжидая решения вопроса в Соединенных Штатах. Одна из передовых статей официального издания Канадского конгресса отчетливо выразила политику исполкома по этому вопросу: «Сейчас не время для крепких слов. Сейчас время для спокойного обдумывания, трезвого обмена мнениями и терпимости к противоположной точке зрения. Только таким методом исполком Конгресса надеется… избежать угрозы раскола»77.

Уже в период конфликта в Гамильтоне проявилась нерешительность исполкома. В ответ на многочисленные требования союзов АФТ и КПП вмешаться и не допустить раскола профсовета Дрейпер ограничился заявлением о невозможности с его стороны что-либо предпринять, поскольку действия АФТ осуществлялись без согласования с Конгрессом. Дрейпер не выступил ни с оправданием, ни с осуждением какой-либо из сторон и дал санкцию на существование двух советов в рамках Конгресса.

Если просмотреть центральный печатный орган канадских тред-юнионов за 1937—1939 гг., то нельзя не заметить отсутствия материала с анализом создавшегося положения и возможных последствий. Члены исполкома ни разу не обратились к рядовым массам с разъяснением своего отношения к мерам АФТ, направленным на углубление раскола канадского профсоюзного движения, не поставили вопроса о возможных путях вывода из критического положения.

Одной из причин такой пассивности являлось неверие исполкома в дееспособность канадских отделений межнациональных союзов, а отсюда и нежелание опереться на них, призвать низовые организации оказывать сопротивление нажиму их руководящих органов, в поддержку решений съездов Канадского конгресса о сохранении единства. Такая политика исполкома дезориентировала и обезоруживала местные союзы.

Но отождествлять исполком Канадского конгресса с лидерами АФТ или с ее функционерами в Канаде все же нельзя. Дрейпер много сил отдал профсоюзам Канады и искренне стремился к их укреплению. При нем стало возможным объединение Конгресса с Лигой рабочего единства. Глава компартии Канады Т. Бак отмечал, что «Дрейпер работал в тесном сотрудничестве с коммунистами по созданию производственных профсоюзов78.

Как было официально заявлено, Дрейпер по состоянию здоровья не принимал участия в совещании исполкомов АФТ и Канадского конгресса в декабре 1938 г. То, что он не присутствовал и на заседании исполкома Канадского конгресса, когда было принято решении об исключении союзов КПП, а также то, что Дрейпер не был переизбран в 1939 г. на пост председателя не делает официальное объяснение убедительным. Знакомство с высказыванием одного из лидеров Канадского конгресса, Коулея, на 59-м съезде АФТ укрепляет недоверие: «В связи с выбором председателем Конгресса Канады Т. Мура79 мы глядим теперь вперед спокойнее. По нашему мнению, будь Мур председателем раньше, мы не оказались бы в таком положении»80.

Исполком ККП не настаивал на выполнении профсоветами приказа АФТ об исключении союзов КПП, и даже в его собственный состав вплоть до решения съезда в 1939 г. входил в качестве вице-председателя представитель производственного союза горняков (КПП). Со стороны членов исполкома не было проявлено враждебного отношения, а тем более действий к союзам КПП даже в период между январем и сентябрем 1939 г.

Съезд Канадского конгресса вряд ли мог изменить решение исполкома. Принятое им в январе 1939 г. положение, согласно которому делегатами съезда могли быть только члены союзов АФТ, предопределило решение вопроса в интересах АФТ. Тем не менее работа съезда проходила в напряженной обстановке. Функционеры межнациональных союзов из Соединенных Штатов собирали перед голосованием своих делегатов для последних инструкций. Были пущены в ход все аргументы, вплоть до угроз лишить хорошо оплачиваемых мест в союзе или просто работы. Резолюция исполкома ККП, утверждавшая раскол, получила требуемое число голосов. За нее проголосовало 230 делегатов, 97 высказались против и 90 воздержались от голосования.

Исключению подлежали 22 824 члена восьми производственных союзов: рабочих автомобильной промышленности, союз сталелитейщиков, текстильщиков, союз рабочих резиновой и каучуковой промышленности, союз рабочих мясоконсервной промышленности, союз угольной, лесной промышленности, союз рудокопов и плавильщиков цветных металлов.

Раскол ККП не отвечал интересам ни самого Конгресса, ни демократического и профсоюзного движения Канады. Характер и содержание событий отражали не только формальную сторону вопроса, связанную с принадлежностью ККП к АФТ. Конфликт не был обусловлен и простым выбором формы профсоюзов: цеховой или производственной. Необходимость новой формы, нового принципа их построения в отраслях массового производства в условиях высококонцентрированного капитала признавалась и мало кем оспаривалась. Поэтому причину капитуляции ККП следует прежде всего искать в слабости рабочего, в том числе и профсоюзного движения Канады.

Серьезным фактором, обеспечившим успех раскольнической деятельности АФТ в Канаде, явился отрыв движения за сохранение единства Канадского конгресса профсоюзов от борьбы за единое профсоюзное движение страны, что лишило ККП более действенной и массовой поддержки национальных союзов.

Производственные союзы в 30-е годы завоевали право на существование, но они не были достаточно крепки и устойчивы. Финансовая база производственных союзов была слаба, ибо составлялась из сравнительно низких членских взносов низкооплачиваемой категории рабочих. Экономический кризис конца 1937 — начала 1938 г. затронул в большей степени отрасли, в которых они преобладали, что также затруднило деятельность производственных профсоюзов. Исполнительный совет КПП поддерживал стремление своих канадских отделений не допустить раскола Канадского конгресса, но большой помощи он оказать им не мог, отдавая все силы и внимание американским союзам.

Из рядов ККП было исключено его наиболее прогрессивное крыло, вступившее в борьбу с крупным капиталом за насущные интересы пролетариата. «Одержанные КПП победы имели принципиальное значение для развития всего рабочего и демократического движения. Это был новый, качественно более высокий подъем рабочего движения»81. Производственные союзы бросили вызов также и устаревшим традициям АФТ, а вместе с нею и Канадского конгресса профсоюзов. Как член АФТ Канадский конгресс обязан был подчиниться решению вышестоявшей инстанции или порвать с ней. Канадские союзы предпочли первое, так как не были готовы осуществить второе.

Принятый еще в XIX в. устав, который ограничивал функции ККП координацией деятельности межнациональных союзов в Канаде и выработкой рекомендаций по рабочему и социальному законодательству, не давал ККП возможности стать подлинным центром профсоюзного движения страны, что в конечном счете привело к его раздробленности. Реформизм и идея «классового сотрудничества», положенные профлидерами Канады в основу проводимой ими политики, обусловили политическую незрелость профсоюзов Канады.

Подъем рабочего движения, связанный с деятельностью производственных союзов, вывел Канадский конгресс из состояния инертности. Большинство его лидеров и рядовые члены впервые начали осознавать, что пролетариат Канады и его организации имели свои особые задачи, не всегда совпадавшие с американскими, и что решать их в первую очередь должны они сами.

Участие ККП в общедемократическом и антифашистском движении помогло ему удерживать единство в течение трех лет. Однако наметившиеся сдвиги оказались недостаточными для преодоления того груза, который тянул его назад.

Последствия раскола были не совсем теми, на которые рассчитывал Грин и канадская реакция. Здоровые силы не дали разочарованию перерасти в состояние безнадежности и удержали профсоюзы страны от взаимоослабляющей вражды и упадка. Проявившиеся в 30-е годы тенденции к единству и классовой солидарности продолжали развиваться и дальше.