Позиция США на Каирской конференции в ноябре-декабре 1943 г.

Н. А. Смирнова

Год за годом все дальше и дальше в глубь истории уходят от нас события величайшей человеческой драмы — второй мировой войны. И каждое из них, оказавшее в известной мере влияние на ход и исход войны, безусловно, заслуживает тщательного анализа и изучения. Одним из таких событий является конференция Рузвельта, Черчилля и Чан Кай-ши, состоявшаяся в ноябре-декабре 1943 г. в Каире и логически связанная с Тегеранской конференцией. Участники Каирской конференции рассмотрели планы военных действий в Юго-Восточной Азии, перспективы операции «Оверлорд», военных действий в районе Средиземного моря и план военных операций против Японии. Большое внимание на конференции Рузвельт уделил обсуждению планов послевоенного устройства мира на Дальнем Востоке и в Азии.

Военные вопросы, обсуждавшиеся в Каире, уже получили достаточное освещение в зарубежной и советской историографии¹. Проблемы же послевоенного устройства мира и позиция США на конференции при их рассмотрении пока еще слабо освещены. В связи с этим автором предпринята попытка на основе официальной публикации американских документов² в некоторой мере восполнить этот пробел.

Накануне Каирской конференции международная военно-политическая обстановка складывалась следующим образом. На всех фронтах, где велись боевые действия, наступали союзники. Разгромив немцев под Сталинградом и на Курской дуге, Советская Армия продолжала прочно удерживать инициативу в своих руках. Наступали и союзники на Апеннинском полуострове и на Тихоокеанском театре военных действий, где шли бои местного значения. Однако значительное превосходство антифашистской коалиции над странами «оси» по численности вооруженных сил, по производству вооружения и боевой техники до сих пор еще не использовалось. Уже третий год всю тяжесть войны против Германии и ее сателлитов в Европе нес Советский Союз. Два с лишним года правительства США и Англии откладывали принятие решения об открытии второго фронта, хотя обещали открыть его в 1942 г. Намеченное на первой Квебекской конференции (август 1943 г.) вторжение в Европу через Ла-Манш на май 1944 г. все еще не было окончательно утверждено. Черчилль, препятствуя осуществлению этого плана, добивался принятия выдвинутого им «балканского варианта». Рузвельт, хотя прямо и не поддерживал замыслы Черчилля, тем не менее и не отклонял их.

Осенью 1943 г. Соединенные Штаты в результате возросших военных успехов Советского Союза, эффективности его внешнеполитической программы и дипломатической деятельности вынуждены были признать его ведущую роль в войне. Боязнь, что Советский Союз, собственными силами разгромив гитлеровцев и их сателлитов на своей территории, не остановится на западных границах, вынудили Рузвельта занять более определенную позицию в вопросе об открытии второго фронта. США опасались, что в случае промедления они могут оказаться в невыгодном положении при решении послевоенных проблем в Европе. Являясь реалистом в политике, Рузвельт понял место СССР в послевоенном мире. В Вашингтоне начала доминировать европейская ориентация внешнеполитического и стратегического курса правительства. Она исходила из расчета, что в обстановке ослабления Германии, Франции и Англии военно-политическое преобладание в Европе может стать главной опорой установления господства США на Западе. Американские стратеги считали, что передовые военные плацдармы США должны находиться именно в Европе³.

Президент и его окружение, учитывая общее изменение обстановки, все чаще приходили к выводу, что проблемы успешного завершения войны и общие принципы организации послевоенного мира больше не могут быть предметом обсуждения только Вашингтона и Лондона. Президент высказал желание организовать встречу руководителей США, Англии и СССР. Черчилль предпочитал двусторонние встречи. Но жизнь показывала, что это стало невозможно. После длительных переговоров между Вашингтоном, Лондоном и Москвой была достигнута договоренность о встрече глав трех правительств в Тегеране. Черчилль вместе с тем добивался созыва предварительного англо-американского совещания в Каире, на которое возлагал большие надежды, рассчитывая склонить Рузвельта к принятию «балканского варианта» и обсудить спорные вопросы, касавшиеся как организации предстоящих военных действий, так и послевоенного устройства мира.

Стремление англичан провести встречу в Каире как англо-американскую Рузвельт отклонил; он предложил пригласить на нее представителей Китая и СССР. Однако англичане были удовлетворены тем, что представитель СССР не будет принимать непосредственного участия в работе конференции, посвященной рассмотрению дальневосточных проблем, а присутствие Чан Кай-ши, думали англичане, не сможет помешать им согласовать с американцами планы ведения войны в Европе.

К предстоящим конференциям в Каире и Тегеране США готовились обстоятельно. Разработанные начальниками штабов армии, флота и авиации общие положения американской стратегии по вопросам ведения войны были изложены ими 6 ноября 1943 г. в меморандуме президенту. Указав, что главная цель войны состоит в том, чтобы совместно с СССР и другими союзниками в кратчайший срок добиться безоговорочной капитуляции стран «оси» в Европе, начальники штабов наметили действия для ее осуществления⁴. В отношении района высадки войск союзников на континент американцы придерживались решения, принятого в Квебеке.

В результате анализа обстановки на советско-германском фронте, изучения экономического и политического положения нацистской Германии начальники американских штабов в меморандуме от 18 ноября 1943 г. признавали, что общее ее положение продолжает ухудшаться, возможностей для решительного наступления у нее нет, а необходимыми ресурсами для удовлетворения всех нужд она не располагает⁵. В документе указывалось, что гитлеровское правительство вынуждено будет капитулировать, если оно не сможет обороняться на всех фронтах, и не сможет разобщить своих противников, даже заключив мир с одним из них, чтобы направить все силы против других⁶. Соотношение сил на Восточном фронте определялось как 3:2 в пользу Советской Армии. Подчеркивалось, что развиваемое Советской Армией наступление превзошло все ожидания рейха, а потери германской армии в людях, технике и территории гораздо большие, чем предполагалось⁷.

Накануне встречи в Каире Черчилль одобрил меморандум начальников штабов Великобритании, предназначенный для представления Объединенному комитету начальников штабов. В нем заявлялось о необходимости отойти от решения, принятого в Квебеке в отношении операции «Оверлорд», не связывать себя с ее твердой датой, не рассматривать эту операцию в качестве основы стратегии западных союзников. Англичане предлагали продолжить наступление в Италии, усилить снабжение партизан и регулярных войск в Югославии, Греции и Албании, создать плацдарм на побережье Далмации или Албании, втянуть в войну Турцию, вызвать хаос и разложение в странах — сателлитах Германии на Балканах⁸. Все это требовало больших сил и времени и могло привести к срыву намечаемой операции «Оверлорд». В отличие от Великобритании, судя по заявлению М. Мэтлоффа, военным специалистам в Вашингтоне операция «Оверлорд» представлялась реальной возможностью для перехода к решительным действиям⁹.

13 ноября 1943 г. президент США отплыл из Хемптон-Роуд (штат Виргиния) на новом линкоре «Айова» в Каир. Его сопровождали советники и помощники: Гарри Гопкинс, генералы Маршалл, Арнольд, Сомэрвелл, Хэнди и Робертс, адмиралы Леги, Кинг и Кук (всего около 60 человек, в том числе специалисты стратегического планирования, представители командования флота и армии с различных театров военных действий)¹⁰. На борту корабля президент не прекращал работы. В центре его внимания были военные и политические проблемы Европы и Дальнего Востока.

Незадолго до Каирской конференции Рузвельт в беседе с сыном говорил: «Война — дело сугубо политическое. Если страна не находится в слишком уж отчаянном положении, она старается вести войну таким образом, чтобы в конечном счете извлечь из нее наибольшие политические выгоды, а не так, чтобы окончить ее возможно скорее»¹¹. Тогда же он отметил, что Соединенные Штаты должны будут действовать в качестве посредника, примиряя и улаживая противоречия, возникающие между другими державами: СССР и Англией — в Европе, между Британской империей, Китаем и Советским Союзом — на Дальнем Востоке. США, заметил президент, сумеют сыграть такую роль, потому что они велики и сильны, в то время как позиции Англии подорваны. Китай все еще живет в восемнадцатом веке, развитие советско-американских отношений происходит своеобразно и сложно. Необходимы личные контакты между руководителями государств.

Из всех совещаний, проведенных на борту «Айовы», самыми важными, по мнению М. Мэтлоффа, были два — 15 и 19 ноября 1943 г. Президент и его штаб рассмотрели широкий круг вопросов: план внеочередной операции по форсированию Ла-Манша («Рэнкин»), разделение оккупированной Германии на сферы ответственности, структура командования союзными войсками, действующими против фашистской Германии и милитаристской Японии, перевооружение французских войск, возможность вступления в войну Турции, повестка дня для предстоящих встреч с главами других союзных государств, сотрудничество с СССР после войны. Этот перечень вопросов показывает, что наряду с военными на видное место стали выдвигаться проблемы послевоенного устройства.

На совещании 15 ноября Маршалл от имени начальников штабов заявил, что если начать операции на Балканах, это приведет к затяжке войны в Европе и на Тихом океане. Рузвельт согласился с мнением военных, отвергших доводы Черчилля о необходимости проведения операций на Балканах. Президент подчеркнул, что советские войска в ближайшие две недели смогут форсировать Буг. Это подталкивало президента к решительным действиям. Он просил членов американской делегации придерживаться своей стратегии.

Согласился Рузвельт и с точкой зрения комитета начальников штабов о том, что США не должны обещать Франции большую военную помощь и оружие, а выполнить лишь принятые обязательства по оснащению 11 французских дивизий, которые могут быть использованы союзниками в войне против нацистской Германии. Было признано нецелесообразным удовлетворять просьбу Франции об увеличении численности ее войск для послевоенной оккупации территории стран «оси», участия совместно с союзниками в войне против Японии и для восстановления французского суверенитета на всех территориях французской империи¹². Президент тогда же заявил, что Англия стремится к восстановлению Франции как великой державы, но такой, которая была бы на ее стороне. Рузвельт заметил при этом: «Франция не сможет стать великой державой еще по крайней мере 25 лет»¹³. Президент полагал, что США не должны содействовать восстановлению Франции как великой державы и брать на себя гарантии возвратить ей все ее колонии. В число территорий, которые не следовало возвращать Франции, он включал Индокитай, о-в Новая Каледония, Маркизские о-ва и Дакар. Портовое оборудование, аэродромы и вооружение, имеющиеся в Дакаре, по мнению президента, следовало передать под контроль Объединенных Наций, который от их имени должна была бы осуществлять Бразилия¹⁴.

На совещании 19 ноября президент рассмотрел вопрос о зонах оккупации и разделении сфер ответственности в послевоенной Германии. По мнению президента, разделение сфер ответственности должно было соответствовать географическому делению этой страны. Иначе говоря, после окончания войны Германию следовало разделить на три государства — южное, северо-западное и северо-восточное, а возможно, и на пять¹⁵. Англичане хотели получить под контроль северо-западную Германию и предпочитали, чтобы США заняли часть Франции и Германии к югу от р. Мозель. Это не устраивало президента. Он не желал быть вовлеченным в дело «воссоздания Франции» и стремился всеми мерами избегать каких-либо отношений с де Голлем. Франция, как говорил Рузвельт, — это «дитя Англии», и пусть англичане занимаются французами сами. США же должны оккупировать всю северо-западную Германию до линии Берлин — Щецин, включая Голландию. В этом случае американцы получили бы такие крупные порты, как Бремен и Гамбург. Советскому Союзу отводилась территория к востоку, а англичанам — к югу и западу от американской зоны оккупации.

Между Францией и Германией Рузвельт предполагал создать «буферное» государство, которое должно включать северную Францию — Кале, Лиль, Арденны, через Эльзас и Лотарингию, иначе говоря, от Швейцарии до побережья¹⁶. В беседе с Маршаллом Рузвельт отмечал, что после войны оккупационные войска в Европе должны будут оставаться не свыше двух лет¹⁷. Эта точка зрения не получила развития у преемника Рузвельта — Трумэна. Американские войска, как известно, остаются там до сих пор в качестве опоры НАТО.

В послевоенной Европе президент считал необходимым проводить политику «карантина», для чего использовать в рамках ООН полицейские силы основных оккупационных держав. Эти идеи были изложены Рузвельтом на Тегеранской конференции, когда он говорил о плане создания международной организации для поддержания мира после окончания войны. Судя по записям бесед на «Айове», президент не исключал внезапной капитуляции фашистской Германии, особенно после битвы на Курской дуге. Дело в том, что после поражения немецко-фашистской армии под Сталинградом в буржуазно-юнкерских кругах Германии появилось стремление выйти из войны. Были предприняты попытки заключить сепаратный мирный договор с западными державами. Этим воспользовалась американская разведка. Ее представитель Аллен Даллес начал переговоры в феврале 1943 г. с ведущими деятелями оппозиционных групп в Германии. В Берне А. Даллес встречался с князем Гогенлоэ. Летом 1943 г. через подставных лиц с представителями западных держав о заключении сепаратного мира начал вести переговоры Гиммлер¹⁸. С мая 1943 г. с Даллесом установил контакт Кальтенбруннер. Независимо от него с американской разведкой связался и фельдмаршал Кессельринг, также пожелавший выяснить возможность заключения перемирия с западными державами¹⁹. Наконец, германский посол в Турции фон Папен осенью 1943 г. обратился к руководителю американской разведки военно-морскому атташе в Стамбуле Джорджу Эрлу с вопросом о том, на каких условиях может быть заключен мир в случае отстранения Гитлера от власти²⁰.

Все это учитывал Рузвельт, когда говорил о возможной в скором времени капитуляции Германии.

Наряду с европейскими проблемами американская делегация совместно с комитетом начальников штабов разрабатывала вопросы ведения войны на Тихом океане и дальневосточные проблемы. Генерал Маршалл и адмирал Кинг предпочитали не отвлекать силы и ресурсы американской армии с Европейского театра военных действий и предложили президенту пока не принимать плана ведения войны против Японии, а осуществлять так называемое гибкое планирование. Выработка общего плана войны на Тихом океане ставилась в зависимость от планов ведения военных операций в Европе. Начальники штабов на «Айове» обсудили и приняли рекомендации объединенной комиссии стратегических проблем о разработке двух планов разгрома Японии: с учетом участия Советского Союза и с учетом его невмешательства.

18 ноября 1943 г. президент ознакомился с составленным по данным разведки меморандумом о вооруженных силах Японии. Его авторы пришли к согласованному выводу о том, что первостепенное значение имело бы вступление СССР в войну против Японии²¹. Этот главный вывод совпадал и с точкой зрения президента.

На «Айове» Рузвельт рассматривал не только планы ведения войны против Японии. Большое внимание он уделял вопросам послевоенного устройства на Дальнем Востоке. В то время в Вашингтоне имелось несколько точек зрения на этот вопрос, но все сходились на том, что, независимо от решения европейских проблем, Соединенным Штатам должны быть обеспечены ключевые позиции на Дальнем Востоке. С этим был согласен и Рузвельт, что подтверждают документы периода подготовки и проведения Каирской конференции.

Перед отъездом в Каир президент запросил в госдепартаменте сведения о колониальных владениях западных держав в Юго-Восточной Азии и на островах Тихого океана²². На «Айове» он сообщил своим помощникам, что правительство Чан Кай-ши рассчитывает на возвращение Маньчжурии и имеет некоторые планы в отношении Внешней Монголии. Но это, заметил он, может быть разрешено на основе создания «свободных зон». Рузвельт говорил также о намерении чунцинского правительства управлять Кореей совместно с США и СССР. Чан Кай-ши, продолжал он, также хотел бы получить Тайвань и о-ва Бонин, предоставив США право временно иметь свои базы на Тайване. Президент высказался и о подмандатных островах на Тихом океане: они должны находиться под управлением Объединенных Наций, а США — пользоваться правом содержать там необходимые им военные базы²³.

Правительство Чан Кай-ши не собиралось обсуждать в Каире вопросы стратегии войны на Тихом океане и в Азии. Решение этих вопросов оно полностью перекладывало на США и частично на Англию. Чан Кай-ши не столько думал о борьбе с Японией, сколько об укреплении своей власти в Китае, подавлении стремлений народа к демократизации и национальному освобождению и об использовании благоприятной конъюнктуры для усиления своего влияния в Юго-Восточной Азии. Американский посол в Китае Гаусс докладывал в свое время в Вашингтон, что Китай имеет территориальные притязания на Корею, Индокитай, Бирму и претендует быть лидером азиатских народов после войны²⁴. Гоминдановская пресса указывала на необходимость установления протектората Китая над Таиландом²⁵. Чан Кай-ши был уверен, что к концу войны европейские колониальные державы будут ослаблены в Юго-Восточной Азии и главная роль в этом районе перейдет к США и Китаю²⁶. В это же время в Китае обсуждался вопрос о сотрудничестве между Китаем и США в экономической области²⁷, о привлечении в Китай иностранных капиталов. К тому времени уже заметно увеличилось проникновение американского капитала в китайскую экономику. США направляли свои усилия на то, чтобы не только удержать Китай в состоянии войны с Японией, но и своевременно занять в нем необходимые экономические и политические позиции.

* * *

20 ноября 1943 г. линкор «Айова» прибыл в Оран, а два дня спустя президент и сопровождающие его лица были в Каире. Начался первый этап Каирской конференции (22—26 ноября 1943 г.).

На конференции в Каире сразу же выявилось различие во взглядах делегаций США и Англии на участие Китая в войне и на роль и значение операций в Бирме. Еще на Квебекской конференции в августе 1943 г. американцы настаивали на активизации действий в Бирме против японцев и разблокирования Китая. Англичане понимали, что это привело бы к расширению и упрочению американских позиций в Бирме и Китае. Оградив Индию от японцев, в Лондоне не намерены были предпринимать активных наступательных операций. Однако основная причина, вследствие которой англичане не намерены были освобождать Бирму, заключалась в том, что Британия не располагала средствами для ее удержания, а самостоятельность предоставлять ей не собиралась. Поэтому Лондон вместо проведения операций в Бирме настаивал на вторжении в Индонезию, прежде всего на о-в Суматру, принадлежавший оккупированной гитлеровцами Голландии. Это сулило англичанам расширение их интересов. Подобный оборот дела явно не устраивал американцев. Взгляды английской и американской делегаций на участие Китая в войне и на роль и значение операций в Бирме по-прежнему оставались различными.

Разногласия между американцами и англичанами обнаружились и по другим вопросам. Так, американцы предлагали сначала обсудить положение на Дальнем Востоке, принять решения о дальнейших планах военных действий на Тихом океане, определить роль Китая в войне против Японии и действия англичан в Юго-Восточной Азии. Они были заинтересованы выяснить позицию гоминдановского правительства по вопросам послевоенного устройства мира в Азии. Англичане же предлагали первоначально заняться европейскими проблемами, согласовать вопросы о соотношении между открытием второго фронта и военными операциями на Средиземном море. Обсуждение дальневосточной ситуации они предлагали провести после Тегеранской конференции. В результате был принят следующий порядок рассмотрения вопросов: 1) подтверждение общих целей, общей стратегической линии и основных мероприятий; 2) военные действия в Юго-Восточной Азии; 3) операция «Оверлорд» и военные действия в районе Средиземного моря; 4) военные операции против Японии; 5) сообщение о ходе военных действий²⁸.

Как видим, победило предложение американцев. В числе первых стали обсуждаться планы военных действий в Юго-Восточной Азии.

При обмене мнений по этому вопросу более отчетливо выявились цели каждой из сторон, участвовавших в переговорах. Гоминдановцы противились активному участию в наступлении в Бирме. Это особенно проявилось на встрече китайских военных представителей с Объединенным комитетом начальников штабов в Каире²⁹. Американцы же были заинтересованы в наступательных операциях в Северной Бирме, так как это ослабляло позиции Японии. Англичане, в связи с тем что их позиции в экономике Китая были ослаблены, опасались союза США с Китаем и усиления американского влияния в Юго-Восточной Азии, в частности в Бирме. Стремясь подорвать авторитет гоминдановцев, английский адмирал Маунтбеттен в разговоре с Рузвельтом пытался убедить его в том, что Чан Кай-ши не желает участвовать в войне с Японией и накапливает силы только «для расправы с коммунистами после войны». Президент, по словам Маунтбеттена, отметил, что именно это является дополнительной причиной, побуждающей США помогать Чан Кай-ши³⁰.

В американских кругах утвердилось мнение, что после завоевания победы Китай станет четвертой великой державой мира³¹. Черчилль понимал политику США в отношении Китая и противился этому, сознавая, что экспансионистские планы США при благоприятной позиции Чан Кай-ши затруднят борьбу Англии за укрепление своих позиций в Азии. Американцы пристально наблюдали за политикой Великобритании в Юго-Восточной Азии и на Тихом океане.

Проблема Юго-Восточной Азии на Каирской конференции занимала ведущее место. Это подтверждается тем фактом, что она обсуждалась 9 раз, а план «Оверлорд» и военные действия на Средиземном море — лишь 4 раза. И это совсем не случайно. Американцы действовали более решительно; с англичанами они мало считались. И именно тогда достаточно отчетливо обозначилась преобладающая роль США в англо-американском союзе. Г. Гопкинс подчеркивал, объясняя существо англо-американского партнерства в тот период, что американская промышленность начала работать по-настоящему, стала давать танки, суда, орудия. Отныне, по его словам, война будет вестись при помощи американской техники и в основном американцами³². Армия США насчитывала тогда 10 128 тыс. человек, а британская — 3822 тыс.³³ Да и зависимость англичан от американских субсидий и военных поставок была велика.

23 ноября на пленарном заседании был обсужден план проведения операции в Юго-Восточной Азии. Этот план («Чемпион»), весьма скромный по своему содержанию, предусматривал наступление английских войск в январе-феврале 1944 г. в Бирме силами трех небольших группировок и проведение десантной операции на Андаманские о-ва в Бенгальском заливе (операция под кодовым названием «Баканир»). По вопросу координации сухопутных и морских сил в этой операции между Черчиллем и Чан Кай-ши вспыхнул спор. Глава китайской делегации потребовал проведения операции на юге Бирмы, увеличения военных поставок Китаю до 10 тыс. т ежемесячно. Англичане не собирались форсировать осуществление наступательной операции по освобождению Бирмы. Американцы сочувственно отнеслись к предложению гоминдановцев. Президент обещал Чан Кай-ши осуществить десантные операции в Бенгальском заливе в течение ближайшего месяца. Рузвельт также дал согласие вооружить еще 9 китайских дивизий. Лишь после этого Чан Кай-ши обещал участвовать в осуществлении плана «Чемпион».

Проблемы, связанные с ведением войны в Европе, обсуждались 24 ноября, на втором заседании Каирской конференции, а затем 25 и 26 ноября Объединенным комитетом начальников штабов³⁴. Однако эти переговоры вскоре зашли в тупик. Ни одна из сторон не смогла предложить ничего нового, понимая, что окончательные решения будут зависеть от результатов переговоров с советской делегацией в Тегеране. Наиболее трудным был вопрос об операции «Оверлорд» и связи ее с операциями в районе Средиземного моря. Черчилль, как и раньше, пытался представить себя верным идее вторжения в Северо-Западную Европу, выражал готовность считать эту операцию главной. Однако он был против исключения других действий в районе Средиземного моря, настаивал на вовлечении в войну Турции, на продолжении наступления в Италии³⁵.

Возражая Черчиллю, Рузвельт подчеркивал, что подготовке к операции «Оверлорд» необходимо придать особую важность, и поставил вопрос о создании единого командования американских и английских сил в Европе. Предложение президента Черчилль не поддержал, полагая, что новое командование до начала форсирования Ла-Манша создавать не следует, так как Объединенный комитет начальников штабов работает удовлетворительно³⁶.

Итак, переданный Рузвельтом и Черчиллем на рассмотрение Объединенного комитета начальников штабов вопрос о планах и сроках операций в Северо-Западной Европе и на Средиземном море в 1944 г. решен в Каире также не был и соглашения по нему до встречи в Тегеране достигнуто не было³⁷.

Наиболее важные вопросы, которые США должны были решить в Каире с Чан Кай-ши, относились к послевоенным американо-китайским отношениям. Поэтому Рузвельт много внимания и времени уделял встречам с Чан Кай-ши. В своих мемуарах Черчилль с недовольством отмечал, что китайские дела заняли в Каире не последнее, как это, по его мнению, должно было бы быть, а первое место³⁸. В числе намеченных американским Комитетом начальников штабов к обсуждению с Чан Кай-ши вопросов были следующие: участие Китая в оккупации Японии; заключение американо-китайского соглашения о взаимной безопасности; предоставление Соединенным Штатам военных баз на территории Китая; американская военная помощь Китаю; создание совместного военно-консультативного органа для «сотрудничества» между США и Китаем на Дальнем Востоке после окончания войны³⁹.

По всем этим вопросам Рузвельт и Чан Кай-ши обменялись мнениями. Из беседы, состоявшейся 23 ноября между Рузвельтом и Гопкинсом, с одной стороны, Чан Кай-ши и его супругой — с другой, видно, что в центре внимания были проблемы внешней политики США и Китая в послевоенное время. В начале беседы Рузвельт заявил, что Китай, войдя в состав «большой четверки», сможет принять участие в обсуждении и установлении послевоенного мира. Для Чан Кай-ши это было весьма важно, так как позволило бы гоминдану увеличить влияние Китая в Азии. Эти стремления Чан Кай-ши поддерживались американскими руководителями, которые полагали, что сначала нужно помочь Китаю добиться признания его в качестве великой державы, а потом, опираясь на него, проводить более решительно свою политику на Дальнем Востоке. Поэтому Рузвельт, заявив о готовности поддержать Китай как великую державу, выразил пожелание, чтобы гоминдановское правительство приняло участие в послевоенной оккупации Японии. Чан Кай-ши согласился выполнять эту задачу под руководством Соединенных Штатов в качестве вспомогательного государства⁴⁰. Президента это устраивало.

Правительство Чунцина со своей стороны выдвинуло ряд требований. Оно поставило, в частности, вопрос о получении репараций из Японии в виде промышленного оборудования, военных и торговых кораблей, подвижного железнодорожного состава и т. п. Была выражена просьба, чтобы США оказали содействие в возвращении Китаю его территорий, захваченных в свое время Японией. Рузвельт, убедившись в том, что Чан Кай-ши разделяет его точку зрения по всем вопросам, высказал пожелание, чтобы США и Китай после войны заключили соглашения, по которым обе стороны смогут прибегать к взаимной помощи в случае военной агрессии и США будут сохранять достаточные военные силы на разных базах на Тихом океане⁴¹.

Как видим, речь шла об общих контурах военного союза между Америкой и Китаем, который при благоприятных условиях должен был быть заключен после войны, и об укреплении позиций США на Тихом океане. Чан Кай-ши выразил также надежду, что США окажут помощь Китаю в оснащении его сухопутных, морских и воздушных сил с целью усиления его обороны. Глава китайской делегации предложил создать морские базы для совместного пользования и выразил готовность предоставить для этого Порт-Артур⁴².

Президент и Чан Кай-ши обсудили, кроме того, вопрос об участии Китая в оккупации совместно с США островов Рюкю по окончании войны и использовании их в качестве американских военных баз⁴³.

Рузвельт и Чан Кай-ши обменялись мнениями и по вопросу о Корее. Трудность в его решении заключалась в том, что и США и Китай претендовали на господствующее положение в Корее после войны. Обе страны имели своих ставленников среди корейцев-эмигрантов, которых прочили в руководители корейского правительства: китайцы — Ким Ку, американцы — Ли Сын Мана. Учитывая сложность ситуации, Рузвельт не стал форсировать решение корейского вопроса, отложив его до укрепления позиций США в Китае.

Не без успеха для Соединенных Штатов был рассмотрен с Чан Кай-ши вопрос о судьбе восточноазиатских и тихоокеанских колоний европейских государств. Судьба колонии Франции — Индокитая — была определена быстро. Решили не возвращать его Франции, а установить над ним опеку⁴⁴. В плане, представленном Стилуэллом президенту, предусматривалось передать после войны верховную власть в Индокитае трем специальным уполномоченным — от США, Англии и Китая, но ни в коем случае не от Франции⁴⁵. Требование генерала Жиро допустить к обсуждению вопроса о колониях Франции ее представителя было оставлено без внимания⁴⁶.

Вопрос об установлении опеки над Индокитаем занимал Рузвельта в течение длительного времени, и это вполне понятно, ибо усиление борьбы народов Китая, Кореи, Филиппин, Малайи, Индонезии, Индокитая за независимость свидетельствовало о невозможности сохранить после войны колониальную систему в прежнем виде. В июне 1942 г. Рузвельт сформулировал вывод, который разделяли многие американские политики: «…В конечном счете белые нации не могут надеяться на то, что им удастся сохранить эти районы в качестве колоний»⁴⁷. Поэтому в Вашингтоне искали новую форму удержания колоний под контролем. Была предложена так называемая опека — система управления колониями с помощью специально созданных Советов по опеке, в состав которых входил бы ряд заинтересованных государств⁴⁸. Мысли президента об организации системы опеки пропагандировались в американской печати. Госдепартамент включил даже Индию в число стран, в отношении которых США планировали принять меры «по подготовке их к самоуправлению»⁴⁹. Предложения по учреждению института опеки вызвали серьезное беспокойство в правящих кругах Англии, которые усматривали в них угрозу Британской империи.

На протяжении 1943 г. политики и дипломаты США неоднократно возвращались к вопросу об английских колониальных владениях, но получали решительный отпор со стороны англичан. Поэтому вопрос о британских владениях не остался без внимания Рузвельта в Каире и был обсужден им совместно с Чан Кай-ши, который усиленно добивался американской поддержки, чтобы помешать англичанам вернуться в Гонконг, Шанхай и Кантон с теми же правами экстерриториальности, которыми они пользовались до войны. Рузвельт пообещал Чан Кай-ши поддержку, но при этом заявил, что упомянутые порты должны быть открыты только для американских военных кораблей⁵⁰.

Особый интерес, как и раньше, Рузвельт проявил к Индии. Политическая обстановка в Индии в тот период была напряженной, в стране ширилось антибританское движение, народ требовал предоставления независимости Индии после войны. Однако новый вице-король генерал Уэйвелл заявил, что Великобритания намерена управлять Индией еще 50 лет. Индийские лидеры осуждали американскую политику за двойственное отношение к их стране. Они расценивали присутствие американских войск в этом районе, как поддержку Британской империи⁵¹. Для Рузвельта важно было знать мнение Чан Кай-ши по вопросу об Индии.

Как видно из изложенного, в ходе переговоров Рузвельта с Чан Кай-ши было поднято и обсуждено много вопросов, в том числе и о будущем Китая. Из бесед было очевидно, что Чан Кай-ши поддерживает послевоенные планы США на Тихом океане и Дальнем Востоке, тем более, что власть в Китае без американцев он сохранить не сможет. Отмечая неэффективность администрации Чан Кай-ши, а также неумение его войск сражаться, президент все же считал Чан Кай-ши единственным человеком, способным после войны объединить всех китайцев, и «поэтому, — говорил он, — нам следует защищать Чангов»⁵².

Несмотря на личные антипатии к Чан Кай-ши, Рузвельт в проведении своей политики был вынужден на него опираться, рассчитывал с его помощью не дать возможность одержать победу и укрепиться в Китае демократическим силам. Чан Кай-ши, убедившись, что США будут его поддерживать, 24 ноября представил Рузвельту меморандум, в котором предлагал создать комитет из представителей Китая, США и Англии для обсуждения и решения дальневосточных проблем⁵³. Американцы меморандум поддержали, но англичане отвергли его ввиду того, что в нем содержалось требование включить представителя Чунцина в объединенный американо-английский комитет начальников штабов.

Выясняя в беседах с Чан Кай-ши вероятные перспективы послевоенной политики Китая и определяя таким образом свою линию, президент не торопился давать конкретных обещаний и детально разрабатывать вопрос американо-китайских отношений. Поэтому, когда 25 ноября Стилуэлл обратился к президенту с рядом предложений об усилении американских войск в Китае, тот выслушал его невнимательно⁵⁴. Он понимал, что ни Китай, ни Англия не в состоянии сыграть активную роль в борьбе против Японии. Мысль Рузвельта в этой связи была направлена к Советскому Союзу.

По вопросам военных действий в Азии и на Тихом океане никаких определенных решений стратегического порядка на Каирской конференции не было принято. Участники конференции ограничились изложением по существу своих взглядов о послевоенном устройстве в странах Тихого океана и Юго-Восточной Азии.

На заседании 27 ноября, при составлении проекта декларации, каждая делегация предпринимала меры к тому, чтобы внести в него выгодные для себя предложения. Американцы добивались права контроля над островами Тихого океана, находившимися под управлением Японии, англичане стремились к тому, чтобы в проект не был включен ни один пункт, противоречащий их интересам. Чан Кай-ши настаивал на включении в проект декларации его территориальных требований.

В принятой Каирской декларации указывалось, что три великих союзника выразили решимость продолжать вести операции, необходимые для того, чтобы обеспечить безоговорочную капитуляцию Японии. В ней утверждалось, что ее авторы не стремятся ни к каким завоеваниям для самих себя и не имеют никаких помыслов о территориальной экспансии.

Возникает вопрос: почему после двух лет войны с Японией США и Англии потребовалось публично сделать подобное заявление?

Дело в том, что прежняя политика США и Англии вызывала серьезные опасения у азиатских народов. Они помнили выступление Черчилля в палате общин 9 октября 1941 г. о том, что принципы Атлантической хартии не касаются Индии, Бирмы и других частей Британской империи. Кроме того, составители Каирской декларации учитывали, что Япония в начале ноября 1943 г. провела в Токио конференцию представителей оккупированных стран и широковещательно заявила о готовности предоставить «самостоятельность» народам колониальных стран. Незадолго до этого Япония провозгласила «независимость» Бирмы и Филиппин, объявила «новый курс» в отношении оккупированного Китая, заявила о «сотрудничестве» с Маньчжоу-Го и Таиландом. Японская пропаганда изображала США и Англию захватчиками, а себе приписывала политику «сохранения суверенитета» стран Восточной и Юго-Восточной Азии⁵⁵. Подобными лицемерными заявлениями правительство Японии пыталось привлечь народы Азии на свою сторону. Это вынуждало США и Англию подчеркнуть в Каирской декларации освободительный характер войны с Японией и исключить возможность подозрения их в захватнических планах и стремлении к завоеваниям.

Подъем национально-освободительного движения, проблема колоний в послевоенное время вынудили участников конференции поставить вопрос о будущей судьбе Кореи. Западные страны, занятые войной с Японией, опасались развития революционных событий на Азиатском континенте. Это побудило их включить в Каирскую декларацию слова: «Вышеуказанные державы…, помня о порабощенном народе Кореи, решили, чтобы в должное время Корея стала свободной и независимой».

Множество откликов в мировой печати вызвала оговорка «в должное время», внесенная в декларацию по предложению президента США. Туманная формулировка обещания независимости Корее свидетельствовала о стремлении авторов декларации избежать определенных гарантий предоставления корейскому народу свободы после войны, а также оставляла возможность для пересмотра решений в любое удобное для них время. Член палаты представителей Шефер назвал каирское обещание одним из самых неопределенных выражений, когда-либо сформулированных. Оно могло означать любой срок — от двух до двухсот лет⁵⁶.

«Нью-Йорк таймс» на второй день после опубликования декларации писала, что такое решение не обязательно должно служить на пользу корейскому народу. Оно, по словам газеты, составляет часть программы ослабления Японии посредством отторжения захваченной ею добычи. Оговорка «в должное время», по мнению газеты, означала, что Корея будет находиться под чьим-нибудь протекторатом⁵⁷.

Пункт «о Корее», включенный в Каирскую декларацию Рузвельтом, государственный секретарь Хэлл назвал неблагоразумным. Он отметил, что корейцы стремятся получить независимость немедленно после войны, а не «в должное время»⁵⁸.

В Каирской декларации указывалось, что все территории, которые Япония отторгла у Китая (например, Маньчжурия, Тайвань и Пескадорские о-ва), должны быть возвращены Китайской республике. Таким образом, Каирская декларация, подготавливая основы мира в Азии, подтвердила права Китая на Маньчжурию, Тайвань и Пескадорские о-ва⁵⁹.

Особое место в Каирской декларации заняла проблема островов на Тихом океане, которые Япония захватила или оккупировала с начала первой мировой войны. Пункт о будущей судьбе островов был включен в декларацию по предложению США. История этого вопроса кратко такова. Парижская мирная конференция после первой мировой войны передала Японии под мандат острова на Тихом океане к северу от экватора, находившиеся до войны под властью Германии. Решение это было принято при сильной оппозиции США, так как эти острова имели большое стратегическое значение и лежали на коммуникациях, связывающих США с Филиппинами. То, чего не удалось в свое время сделать Вильсону в Версале, Рузвельт решил обеспечить США в Каире. Поэтому Каирская декларация содержала постановление лишить Японию этих островов. В декларации не указывалось, кто должен их получить, но, судя по развитию событий, было очевидно, что над ними будет установлен американский контроль. Так впоследствии и оказалось. Хотя США и передали занятые ими острова в систему опеки ООН, тем не менее это не ограничило их власть над островами⁶⁰.

Обращает на себя внимание то обстоятельство, что большая часть провозглашенных Каирской декларацией положений осталась невыполнена: США проводят политику противопоставления друг другу государств Юго-Восточной Азии, поддерживают реакционные режимы.

Каирская декларация была принята в известной мере в связи с твердым намерением Рузвельта признать гоминдановский Китай великой державой, ибо в конце 1943 г., когда возросла роль СССР в международных делах, Китай нужен был США для проведения своей политики на Дальнем Востоке. Президент подчеркивал роль Китая как полезного контрбаланса Советскому Союзу. В беседе с Иденом он выражал уверенность, что в любом серьезном политическом конфликте с Советским Союзом Китай встанет на сторону США⁶¹.

Черчилль выступал против возведения Китая в ранг великой державы. Он опасался, что США в будущем могут использовать Китай против английских интересов на Дальнем Востоке. К тому же Чан Кай-ши уже тогда заявлял о своих экспансионистских намерениях, которые затрагивали интересы Британской империи⁶².

Существовавшие между США и Англией острые противоречия по вопросу колоний не позволили им достигнуть совместного решения о дальнейших согласованных военных действиях в Азии.

Американский историк М. Мэтлофф рассматривает Каирскую конференцию как «организацию боевых порядков» накануне конференции глав правительств в Тегеране. Однако фактически этого достигнуто не было. Различные интересы не позволили американцам и англичанам согласовать вопросы глобальной стратегии. Англичане были против действий в Бирме и стояли за развертывание операций в восточной части Средиземного моря. Американцы же являлись сторонниками операции в Бирме и операции «Оверлорд». Англичане, в противоположность американцам, выступали против оказания помощи Китаю, использования его людских ресурсов и баз.

В Тегеран американская и английская делегации направились, не договорившись по главным вопросам стратегии в Европе и Азии, им так и не удалось закончить обсуждение всех намеченных вопросов.

По окончании исторической конференции в Тегеране, принявшей решение об открытии второго фронта в Западной Европе, Рузвельт, Черчилль и члены объединенного англо-американского штаба снова возвратились в Каир, где с 3 по 7 декабря 1943 г. продолжили свою работу. Теперь в Каирской встрече участвовали только США и Англия; Чан Кай-ши 28 ноября отбыл в Китай. Западным союзникам нужно было решить ряд важных вопросов, в том числе о высадке десанта на Андаманских о-вах и ведении войны на Тихом океане, о назначении главнокомандующего операцией «Оверлорд», вступлении в войну Турции и разделении Германии на зоны оккупации⁶³. Рузвельт не проявил большой заинтересованности в продолжении работы конференции и 4 декабря заявил, что 6-го он вынужден будет уехать.

Сообщение Рузвельта встревожило англичан, так как они собирались решить еще много вопросов. Прежде всего Черчилль был против намеченной десантной операции на Андаманские о-ва (операция «Баканир»); он не желал, чтобы американцы вводили свой флот в Бенгальский залив, и предпринимал решительные шаги, направленные на отмену этой операции. Английские руководители, потерпев поражение в Тегеране в вопросе о проведении операции по форсированию Ла-Манша, предложили отменить проведение операции «Баканир». Черчилль заявил, что в случае наступления в Бирме Англия не в состоянии будет выполнить своих обязательств по отношению к США и СССР, связанных со вторым фронтом. Как отмечал Леги, оппозиция англичан американским предложениям была весьма решительной⁶⁴. Рузвельт после совещания со своими советниками отменил операцию «Баканир»⁶⁵.

На заключительном этапе конференции в Каире обсуждалась стратегия войны против Японии. Союзникам было известно, что экономическое положение Японии в тот период было тяжелым. Велики были потери ее флота и авиации, вооруженные силы рассредоточены, и она не могла предпринимать крупных наступательных операций. Свои усилия Япония сконцентрировала главным образом на обороне метрополии и захваченных стран и территорий. Но, зная обо всем этом, западные союзники в Каире наметили всего лишь скромные операции в центральном и юго-западном районах Тихого океана по захвату Маршалловых, Марианских и восточной группы Каролинских о-вов, Гуама, Мануса, Северного побережья Новой Гвинеи. На территорию собственно Японии осуществлять вторжения не планировалось. Основной упор делался на блокаду Японии с моря и бомбардировок с воздуха. Таким образом, американцы и англичане решающей битвы Японии давать не предполагали и относили ее ко времени вступления СССР в войну с Японией.

На последних совещаниях в Каире англо-американские военные руководители признали операции «Оверлорд» и другие важнейшими операциями 1944 г. Операцию в Эгейском море по захвату Родоса объединенный англо-американский штаб признал желательной, однако без ущерба для операции «Оверлорд». 5 декабря 1943 г. Рузвельт назначил генерала Эйзенхауэра верховным командующим союзными войсками в операции «Оверлорд». 8 декабря начальники штабов приняли уточненные американские предложения об операции «Рэнкин». На случай быстрой капитуляции фашистской Германии были предусмотрены зоны оккупации для каждой из двух стран: американская зона — Нидерланды, Северная Германия на востоке до линии Берлин—Щецин, Дания, Норвегия и Швеция. Британская зона — включала в основном территорию к западу и югу от американской западной границы⁶⁶. Однако окончательного решения по этому вопросу объединенный штаб не принял.

* * *

Оценивая значение Каирской конференции, Р. Шервуд пишет, что, если не считать декларации о предоставлении свободы и независимости Корее, влияние этой конференции на ход войны и на историю было незначительным⁶⁷. С подобной оценкой нельзя согласиться полностью. Действительно, общее значение Каирской конференции в военном планировании невелико; в этом отношении она являлась по существу лишь прологом Тегеранской конференции. Однако нельзя не учитывать, что на конференции в Каире были впервые обсуждены политические и территориальные проблемы Дальнего Востока. Это свидетельствовало о повышении интереса участников конференции к проблемам послевоенного устройства мира, которые по мере приближения конца войны приобретали все большее значение.

На конференции довольно ясно обозначились политические цели США в войне на Дальнем Востоке. Встречи Рузвельта с Чан Кай-ши показали стремление США к подчинению своему влиянию экономики Китая, были высказаны их намерения в отношении Индии, Индокитая и других стран. Тогда же выявились экспансионистские устремления чунцинского правительства в отношении некоторых стран Юго-Восточной Азии, политика гоминдана наращивать силы для борьбы с национально-освободительным движением и его нежелание участвовать в войне против милитаристской Японии. Конференция в Каире обнажила борьбу между США и Англией за колонии и рынки сбыта. Американцы, где только возможно, ущемляли интересы своего «младшего партнера» — англичан. Привлекая на свою сторону Китай, США намеревались использовать его впоследствии в качестве возможного союзника и противовеса Советскому Союзу.

Позиция США на Каирской конференции позволяет понять их военные планы в последующий период второй мировой войны и уяснить ряд аспектов их внешней политики в послевоенный период в Азии, на Дальнем Востоке, в Европе.