Состояние и перспективы изучения истории русско-американских отношений досоветского периода*

Носков Владимир Витальевич

The paper deals with the state and prospects of Russian-American Relations’ History Studies (pre-Soviet period) in contemporary Russia. The author stresses the high level of the Soviet studies in this field during the Cold War period. High professional standards dramatically declined in the transitory years of perestroika but now we are witnessing obvious signs of their renaissance followed by spreading of innovative spirit in the field. It seems that prospects for studies of Russian-American Relations are unlimited in all and every direction.

---

 

Изучение истории русско-американских отношений всегда было сильной стороной советской американистики и одним из наиболее успешно развивающихся направлений отечественной историографии в целом. Уже первое монографическое исследование на эту тему, книга М.М. Малкина «Гражданская война в США и царская Россия» (1939), было подготовлено на очень высоком профессиональном уровне. Холодная война внесла свои коррективы в процесс становления историографии русско-американских отношений, но даже она не помешала успешному развитию исследований в этой области и становлению высоких профессиональных стандартов. В связи с этим хотелось бы подчеркнуть, что нельзя огульно отрицать достижения советской историографии, как это было принято в период угара «перестройки». Опыт последних лет показал, что «антисоветская» историография может быть гораздо хуже.

Главная роль в развитии историографии истории русско-американских отношений принадлежала Н.Н. Болховитинову. В серии блестящих монографий и десятках других работ он досконально изучил взаимоотношения двух держав вплоть до момента продажи Русской Америки в 1867 г. В монографии Г.П. Куропят­ника комплексное исследование взаимоотношений между Россией и США было доведено до 1881 г. В рецензии на эту книгу американский историк Дж. Хартгроув писал: «Мы, на Западе, должны произвести на свет наших собственных Болховитиновых и Куропятников, поскольку только доскональное, сбалансированное знание истории поможет нам увидеть отношения США с Россией, прошлые и настоящие, в правильной перспективе»[2]. Этот отзыв, как и рецензии на труды Н.Н. Болховитинова, свидетельствовал о том, что в последний период существования СССР наши заокеанские коллеги признавали приоритет советских историков в области изучения истории русско-американских отношений.

По оценке Нормана Сола, крупнейшего американского специалиста по этой проблематике, в годы холодной войны исследователи русско-американских отношений «выполнили поразительный объем истинно научной работы, несмотря на многие препятствия, порожденные происходившим тогда соперничеством великих держав и проблемами с доступом к материалам». При этом список авторитетных специалистов с советской стороны выглядел более впечатляющим, чем перечень имен их американских коллег[3]. В связи с этим стоит напомнить, что с тех пор в свет вышло четырехтомное исследование самого Сола и несколько интересных работ других американских историков, которые поставили под сомнение первенство отечественных американистов в этой области.

В советские же годы были выработаны высочайшие стандарты публикации источников по истории русско-американских отношений, наиболее показательным примером чего может служить совместное издание «Россия и США: становление отношений, 1765–1815» (1980)[4]. По своему уровню эта публикация не превзойдена до сих пор, но, к сожалению, она так и осталась единственной в своем роде и не послужила образцом для издателей документальных сборников, появившихся в последующие годы.

После крушения СССР и развала советской системы научных исследований российская американистика вступила в период полураспада, что привело к резкому снижению уровня работ по истории русско-американских отношений. Самое печальное, что утрата былых традиций происходит в такой важнейшей сфере, как публикация исторических документов. Наглядным примером может служить сборник документов «Россия и США: торгово-экономические отношения. 1900–1930» (1996)[5]. Не лишен серьезных недостатков и документальный сборник под названием «Россия и США: дипломатические отношения, 1900–1917» (1999)[6].

В последние годы появился целый ряд других интересных публикаций, вводящих в научный оборот важные документальные материалы, однако уровень их подготовки оставляет желать лучшего. В качестве примеров можно привести такие издания, как «Визит чрезвычайного посольства Северо-Американских Соединенных Штатов в Россию в 1866 году» (Вологда, 1998) или «Американские дневники и письма» П.П. Свиньина (2005)[7]. Российскому читателю были представлены также переводы известных книг Альберта Риса Вильямса «Путешествие в революцию» (2006) и Джулии Д. Грант (в замужестве – княгини Кантакузен и графини Сперанской) «Революционные дни» (2008). Серия «Свидетели эпохи» издательства «Центрполиграф», где вышли эти публикации, адресована массовому читателю и не предполагает наличие научного аппарата. Между тем, эти ценные источники заслуживают более серьезного отношения со стороны издателей.

В последние годы из печати вышла целая серия работ, научная ценность которых представляется весьма сомнительной. Показательным образцом такого рода литературы может служить сборник очерков Ю.Л. Коршунова «Когда океан соединяет» (1996), изданный к юбилею русского флота. Столь же упрощенный и конъюнктурный подход к объяснению сложных исторических явлений характерен и для книги литератора З.Л. Дичарова «Необычайные похождения в России Джона Ледиарда – американца» (1996). Очевидные недостатки обеих книг нетрудно объяснить непрофессионализмом их авторов, но порой сочинения столь же низкого уровня выходят из-под пера обладателей ученых степеней. Вопиющим примером может служить монография В.В. Энгеля ««Еврейский вопрос» в русско-американских отношениях» (1998), которая дает очень одностороннее, тенденциозное и крайне поверхностное представление о рассматриваемой проблеме[8].

Не очень удачной попыткой разобраться в сложной проблематике представляется монография А.В. Павловской «Россия и Америка: проблемы общения культур» (1998). К числу наиболее заметных изданий последних лет относится фундаментальная «Энциклопедия российско-американских отношений» (2001), но и она, как деликатно заметил рецензент, «не свободна, к сожалению, от ошибок и неточностей»[9]. Содержание «Энциклопедии» отразило реальное положение дел в историографии истории русско-американских отношений, которое сложилось на рубеже веков, воспроизводя свойственные ей недостатки, но не учитывая всех ее достижений. Очень тревожным является то обстоятельство, что большинство вызывающих обоснованную критику работ было опубликовано в престижных научных издательствах.

Только в самое последнее время ситуация начала меняться к лучшему, что можно объяснить действием двух основных факторов. Во-первых, несмотря на все сложности переходного периода, в российской историографии сохранились высокие исследовательские стандарты и академические каноны. До самого последнего момента их хранителем и живым воплощением оставался Н.Н. Болховитинов. Во-вторых, с определенного момента начал сказываться благотворный эффект от смены поколений в российской американистике. Итоги последних лет позволили В.В. Согрину вполне обосновано заключить: «Наибольшая творческая активность в постсоветский период была присуща такому традиционно сильному исследовательскому направлению, как изучение истории российско-американских и советско-американских отношений»[10].

Даже в самые тяжелые «переходные» годы продолжали выходить серьезные труды, примером чего может служить монография В.Н. Пономарева «Крымская война и русско-американские отношения» (1993). Дав положительную оценку этой работы, но отметив, что она издана мизерным тиражом, американский историк Дэвид Гольдфранк заключал: «Эта книга заслуживает большего – здесь, в России и повсюду»[11].

Несколько лет спустя была опубликована книга волгоградского историка И.И. Куриллы «Заокеанские партнеры: Америка и Россия в 1830-е – 1850-е годы» (2005), посвященная примерно тому же историческому периоду, но написанная уже в иной исследовательской манере. Во многих отношениях эту работу можно считать знаковой. Ее появление отразило повышение роли региональных центров американистики в общероссийском историографическом процессе, с одной стороны, и стало ярким свидетельством выхода на арену нового поколения историков, с другой. Одной из несомненных творческих удач последнего времени следует считать также монографию С.В. Листикова «США и революционная Россия в 1917 году» (2006). Особо следует отметить труды В.И. Журавлевой, активная и многогранная деятельность которой представляет, пожалуй, самое отрадное явление в современной историографии истории русско-американских отношений и служит наглядным свидетельством того, что это направление российской американистики имеет будущее.

Важнейшим печатным органом, способствующим сохранению высоких профессиональных стандартов, остается «Американский ежегодник», в каждом выпуске которого, начиная с прихода на пост ответственного редактора Н.Н. Болховитинова, публикуются качественные статьи и другие материалы по истории русско-американских отношений. Интересные исследования появляются также в других периодических изданиях, включая региональные, из числа которых можно отметить альманах «Americana», издающийся в Волгограде. Большое количество материалов по истории русско-американских отношений было опубликовано в «Словаре американской истории» под редакцией академика А.А. Фурсенко (1997).

Сильным импульсом к активизации исследований по истории русско-американских отношений стало празднование 200-летия установления дипломатических отношений между Россией и США. К сожалению, как это часто у нас бывает, юбилейная волна породила не только серьезные исследования, но и откровенную халтуру. «По случаю», но под новым названием, была переиздана книга Ю.Л. Коршунова (2008). К юбилею было приурочено и скороспелое сочинение Н.Ю. Сучуговой о миссии Джона Куинси Адамса в России (2007), которое очень напоминает тиражированную кандидатскую диссертацию не самого высокого качества, какие с легкостью необыкновенной защищаются в наше время.

Общий же итог юбилея скорее положительный. За три года его празднования было организовано несколько представительных конференций, в которых приняли участие практически все российские и многие американские историки, занимающиеся историей русско-американских отношений. По результатам конференций в Москве издано четыре сборника статей, содержание которых значительно расширяет и углубляет наши познания по истории взаимоотношений двух стран[12]. Два подобных сборника вышли также в Санкт-Петербурге[13].

Среди работ, опубликованных на страницах периодических изданий и юбилейных сборников, следует отметить, помимо статей уже упомянутых авторов, цикл в высшей степени интересных компаративных исследований И.М. Супоницкой. Серию содержательных работ о жизни и деятельности американских дипломатов в России опубликовал известный петербургский историк В.Н. Плешков. Помимо результатов собственных изысканий, он систематически публикует также фрагменты воспоминаний своих героев о пребывании в столице Российской империи. Признанным экспертом по вопросу о формировании российских представлений об Америке зарекомендовала себя орловская исследовательница О.Ю. Казакова, представляющая новое поколение отечественных американистов.

Важный вопрос, который нельзя обойти при анализе состояния дел в современной историографии, касается внедрения грантовой системы в исследовательскую практику российских историков. Финансирование посредством грантов имеет свои плюсы, но и столь же очевидные минусы. Главный ее недостаток заключается в том, что грантовая система является потогонной, она диктует исследователям жесткие сроки, зачастую обрекая их на спешку, небрежность, поверхностное рассмотрение сложных проблем. Многим грантосоискателям присуща увлеченность не столько современными, сколько модными методологическими подходами и терминологией. Отмеченные недостатки проявляются, к сожалению, в работах даже самых способных и одаренных исследователей, занимающихся производством «грантовой литературы».

Поводя итоги, необходимо отметить, что условия, в которых развивается историография истории русско-американских отношений, определяются общим состоянием российской американистики, которое характеризуется радикальным изменением всех привычных параметров профессиональной деятельности. Перед историками американистами открываются новые возможности, но вместе с тем встают и новые, неведомые раньше проблемы[14].

* * *

Переходя к перспективам дальнейших исследований, следует, в первую очередь, подчеркнуть, что практически все вопросы, поднятые в трудах прежних лет, требуют дальнейшей разработки. Более углубленного изучения заслуживают даже такие известные события, как миссия Фокса или американская помощь русским голодающим в 1892 г. Даже сравнительно хорошо изученные периоды истории русско-американских отношений открыты для предприимчивых исследователей, способных сформулировать новые задачи и найти оригинальные подходы к их решению. Наименее изученными остаются на данный момент последние десятилетия XIX в., история которых открывает наиболее широкие возможности для новых исследований.

Немало интересных идей подсказывают своими последними работами наши американские коллеги. Много интересных предложений по тематике будущих исследований сформулировал Норман Сол[15]. Соглашаясь с уважаемым мэтром в том, что наибольшие перспективы открываются в сферах экономического и культурного взаимодействия между Россией и США, позволительно не согласиться с ним в том, что касается политических отношений.

Если обратиться, в частности, к истории дипломатических отношений, то становится очевидным, что основное внимание уделялось деятельности посланников и послов, хотя и не все дипломаты, занимавшие эти посты, удостоились внимания историков. Деятельность же дипломатов второго уровня остается практически неисследованной. К этой категории относились секретари дипломатических миссий и посольств; военные, военно-морские и коммерческие атташе; советники посольств, другие должностные лица, а также служебный персонал, включая российских служащих в американских представительствах и американских – в российских. Например, в феврале 1917 г. в штате посольства США в Петрограде состояло 50 человек, но даже имена многих из них остаются неизвестными.

Не подвергалась специальному исследованию история консульского представительства двух держав на территории друг друга. Изучения требует иерархия консульских представительств, их соподчиненность и взаимоотношения; деятельность консулов в различных городах США и России; вопрос о преобразовании столичных консульств в генеральные консульства; персональный состав, включая местных служащих, в числе которых с конца XIX в. впервые появились женщины.

Требует дальнейшего изучения также история специальных миссий разного рода, особенно тех, которыми Россия и США обменивались в годы Первой мировой войны. В годы войны и Русской революции в Петрограде действовали «Второй отдел» посольства США, занимавшийся делами германских и австро-венгерских военнопленных в России, Американский госпиталь и Американский приют для беженцев, Общество сближения между Россией и Америкой и другие организации, история которых практически не изучена.

Существует также потребность в комплексных исследованиях, посвященных отношениям двух держав и их позициям относительно друг друга во время войн, которые Россия и США вели с третьими странами. Практически неизученной, в частности, остается позиция США относительно русского завоевания Средней Азии и экспансии России на Ближнем и Среднем Востоке в целом, включая русские планы похода в Индию.

Важнейшей, но до сих пор малоизученной темой является военно-техническое сотрудничество между Россией и США, которое не сводилось к нескольким эпизодам, получившим освещение в существующей литературе. На протяжении многих десятилетий это сотрудничество носило постоянный и взаимовыгодный характер, способствуя укреплению оборонных потенциалов обеих держав. Комплексное изучение всего круга связанных с военным сотрудничеством проблем будет способствовать более полному и глубокому постижению истории русско-американских отношений в целом.

Углубляясь в историю взаимоотношений двух стран, мы неизбежно «переходим на личности». В Америку, как известно, эмигрировали тысячи подданных Российской империи, но, несмотря на наличие многих серьезных исследований, тема российской иммиграции далеко не исчерпана. Помимо дальнейшего изучения проблем общего характера, широкие исследовательские перспективы открываются при обращении к судьбам отдельных людей. Отличительной чертой истории российской иммиграции был обратный поток переселенцев из Америки в Россию. При изучении этого феномена можно, наверное, обнаружить немало сюжетов того же рода, которые вдохновили Натали З. Дэвис на написание «Возвращения Мартена Герра».

С другой стороны, не так уж мало американцев временно или навсегда уезжало в Россию, где они надеялись найти применение своим талантам. За океан ехали люди самых разных профессий: бизнесмены, изобретатели, технические специалисты, гувернантки, артисты, спортсмены, врачи. Далекая страна привлекала американских журналистов и просто любопытствующих туристов, и каждый из этих людей заслуживает внимания историков. Особую тему представляют русско-американские браки и судьбы потомков от этих семейных союзов.

При изучении судеб конкретных людей мы обращаемся к условиям их повседневного существования в чужой стране. История повседневности, жизнь и деятельность иностранцев в чуждой им культурной среде является практически неисследованной стороной истории русско-американских отношений. Тщательного изучения требуют профессиональная деятельность отдельных людей, их взаимоотношения с местными властями, семейное положение, социальное окружение, среда обитания, распорядок дня, жилищные условия, быт, досуг и другие аспекты чисто человеческого существования.

Каждый американский или российский населенный пункт, в котором появлялся переселенец или гость из другой страны, превращался в место встречи и взаимодействия двух различных культур. В связи с этим встает важнейшая проблема культурного, в самом широком смысле этого слова, взаимовлияния американцев и русских друг на друга. Не менее важная тема – влияние американской общественной мысли на формирование взглядов русской интеллектуальной элиты. Как показало, например, исследование воздействия социологических концепций Лестера Ф. Уорда и Франклина Г. Гиддингса на идейную жизнь России в период вызревания предпосылок Русской революции, оно было более значительным, чем можно судить по существующей литературе.

Необходимо также продолжить изучение взаимодействия России и Америки в научной и образовательной сфере. Немало интересных находок ожидает исследователя, обратившегося к деятельности религиозных миссионеров из Америки. Особого внимания требует Американская ассоциация молодых христиан (YMCA), добивавшаяся наиболее впечатляющих успехов в России. Созданное под ее патронажем спортивно-просветительское общество «Маяк» стало крупнейшей организацией такого рода в Российской империи, но его история практически неизвестна.

Назрела также необходимость в проведении специальных историографических исследований. Для начала необходима база данных об исследователях, занимающихся историей русско-американских отношений, с библиографией их работ, а в перспективе можно подготовить обобщающее историографическое исследование, подводящее итоги исторических изысканий в этой области.

Еще более настоятельной является потребность в исследованиях по источниковедению истории русско-американских отношений. И, наконец, требует продолжения работа по публикации самих источников, которую необходимо поставить на систематическую основу. Прежде всего, представляется необходимым приступить к работе по сплошной оцифровке и постепенному введению в научный оборот всего комплекса документов по истории русско-американских отношений, которые хранятся в архивах США и России. Предприятие такого масштаба и сложности возможно только на основе межправительственного соглашения, но при наличии доброй воли с обеих сторон такой проект представляется вполне осуществимым.