Победа на всеобщих выборах в Канаде в 2011 г. как завершение приспособления Консервативной партии к современности

А.Н. Комаров

Комаров Андрей Николаевич — кандидат исторических наук, доцент, кафедра всеобщей истории. ИАИ РГГУ (Москва).

На современном этапе развития постиндустриального общества немаловажную роль в общественно-политической жизни стран Европы и Америки продолжают играть традиционные политические идеологии, и прежде всего консерватизм, либерализм, социал-демократизм и т.д., которые отличаются гибкостью, адаптивностью к новым реалиям, учитывают веяния времени, а также стремятся максимально расширить свою электоральную базу. Видоизменяясь, они в то же время привлекают к себе значительную часть избирательного корпуса, который регулярно отдает за них голоса на общенациональных выборах. В этой связи политическая деятельность канадских консерваторов представляется нам небезынтересной.

Состоявшиеся в мае 2011 г. всеобщие выборы в Канаде были связаны с несколькими ключевыми моментами в новейшей истории этой страны. Во-первых, на основе их результатов с полным правом можно свидетельствовать о сложившемся канадском консерватизме эпохи С. Харпера, продолжающейся уже более пяти лет с января 2006 г., т.е. с момента первого прихода консерваторов к власти и формирования ими правительства парламентского меньшинства. Представляются уместными аналогии, связанные с временем нахождения у власти консервативных кабинетов Б. Малруни и К. Кэмпбелл в девятилетний период с 1984 по 1993 гг., и, соответственно, целой политической эпохой лидера Прогрессивно-консервативной партии (ПКП) и премьер-министра страны Б. Малруни[1]. Во-вторых, следует отметить, что с получением консерваторами парламентского большинства на последних всеобщих выборах процесс сложной адаптации канадского консерватизма как политической идеологии к новым социально-экономическим и общественно-политическим реалиям последних лет, стоящим перед страной, в целом был завершен. Вступив в этап непростой, во многом судьбоносной и кропотливой идеологической и институциональной перестройки консерватизма в Канаде после катастрофического поражения ПКП во главе с К. Кэмпбелл на всеобщих выборах 1993 г., представители этого политического направления, и прежде всего С. Харпер, провели длительную работу по возрождению интереса к консервативной повестке дня среди избирателей, объединили существовавшие по отдельности Канадский консервативный альянс и Прогрессивно-консервативную партию Канады в одно политическое течение в 2003 г., громко заявили о себе канадскому электорату на всеобщих выборах 2004 г., а также одержали победу на последующих общенациональных выборах 2006 и 2008 гг., дважды сформировав, соответственно, правительства парламентского меньшинства. Консерваторы не допустили краха своей идеологии в сложный и противоречивый период 1993–2006 гг., когда либералы во главе с Ж. Кретьеном и П. Мартином беспрерывно управляли страной, а новые политические партии, и прежде всего Квебекский блок и Партия реформ, оказывали существенное влияние на трансформацию двухпартийной системы страны в этот исторический отрезок времени. Стоит отметить, что в мировой практике консерватизма и в других странах в новейшее время эта идеология не раз доказывала свою жизнеспособность. В частности, в 1945 г. консерваторы в Великобритании потерпели сокрушительное поражение на парламентских выборах, которые явились подлинным триумфом для лидера лейбористов К. Эттли и его партии. Для У. Черчилля, премьер-министра Великобритании в тяжелейший период борьбы с фашизмом, поражение Консервативной партии явилось настоящим шоком и подлинным разочарованием. Тем не менее, предпринятая в 1945–1951 гг. британскими консерваторами масштабная и кропотливая работа по адаптации своей партии к новым послевоенным реалиям, привела к победе на парламентских выборах 1951 г.[2] Это дало им возможность закрепиться в качестве устойчивого компонента двухпартийной системы, не уступая свое место другим конкурентным партиям и движениям, борющимся за власть. Тем самым английским консерваторам удалось не повторить политическую судьбу некогда влиятельной Либеральной партии Великобритании, которая после ухода в отставку в 1922 г. своего лидера Д. Ллойд Джорджа, а также неудачных для нее результатов парламентских выборов 1923 г. окончательно была заменена лейбористами в системе власти и не смогла впоследствии ни разу сформировать правительство большинства или меньшинства[3].

В-третьих, именно благоприятная политическая и экономическая конъюнктура в стране, сложившаяся к весне 2011 г., также способствовала победе консерваторов на всеобщих выборах. При подготовке к ним, даже в условиях объявления вотума недоверия правительству меньшинства с формулировкой “за неуважение к парламенту”, консерваторам не пришлось вести предвыборную борьбу с политиками уровня П. Трюдо или Ж. Кретьена, которые с помощью своей харизмы, популярности среди избирателей и многолетнего профессионализма могли нарушить запланированную заранее гегемонию Консервативной партии. В этой связи необходимо отметить, что именно в периоды нахождения у власти либеральных кабинетов П. Трюдо в 60–80-е гг. XX в., а также в течение 1993–2003 гг., когда премьер-министром Канады являлся Ж. Кретьен, консерваторы не смогли составить конкуренцию либералам, и, соответственно, ничего противопоставить им. В первом случае единственный консервативный кабинет Дж. Кларка продержался у власти менее года в 1979—1980 гг., во втором — последовательный проигрыш ПКП всеобщих выборов 1993, 1997 и 2000 гг., когда ее лидерами являлись К. Кэмпбелл, Ж. Шаре, Дж. Кларк, заставил руководство партии предпринимать срочные меры по модернизации консерватизма в целом. Новый лидер Либеральной партии М. Игнатьев, как справедливо отмечается в научной литературе, не смог наладить контакт с избирателями, поскольку не являлся профессиональным политиком, не имел соответствующего опыта управления политической партией и заменил на этом посту С. Диона только в 2008 г., после неудачных для последнего всеобщих выборов[4]. Подобно своим предшественникам Д. Тернеру, не сумевшему дважды противостоять Б. Малруни во время избирательных кампаний 1984 и 1988 г., а также П. Мартину в 2006 г. и С. Диону в 2008 г., приведшим Либеральную партию к поражению на всеобщих выборах, М. Игнатьеву не удалось опередить С. Харпера.

Благоприятная экономическая конъюнктура также способствовала продлению властного мандата консерваторов. Важно отметить, что в начале XXI в., после завершения “холодной войны”, в эпоху формирования постиндустриального общества идеологический фактор отошел в прошлое, и именно социальные и экономические вопросы стали приоритетными для избирателей.

Поэтому, еще в 2008 г. С. Харпер отмечал, что канадская экономика, несмотря на взаимозависимость с экономикой США, не является ее прототипом, и поэтому ее основы представляются довольно стабильными. Он подчеркивал: “У нашей экономики нет бюджетного дефицита; у нас есть экономика, которая создает рабочие места, мы не находимся в финансовом кризисе. Единственное о чем я волнуюсь, так это о том, чтобы снижать налоги, и тратить государственные средства действительно на нужды канадцев”[5]. Поэтому во время избирательной кампании 2011 г. консерваторы неоднократно подчеркивали, что именно их правительство предотвратило пагубное влияние глобального экономического кризиса на Канаду[6].

В-четвертых, по итогам всеобщих выборов 2011 г. консерваторам стал противостоять весьма популярный и влиятельный среди электората соперник — Новая демократическая партия (НДП), которая с момента своего основания в 1961 г. играла весомую роль в канадской политике и претендовала на управление государством, наряду с двумя старейшими федеральными партиями – Консервативной и Либеральной[7]. По популярности среди избирателей лидер НДП Д. Лейтон (к сожалению, скончавшийся от тяжелой болезни в августе 2011 г.), получив на всеобщих выборах около 30,6% голосов, опередил своего харизматического предшественника — Э. Бродбента, который по результатам всеобщих выборов 1984 и 1988 гг. набрал, соответственно, 18% и 20% голосов избирателей[8]. В научной литературе обоснованно высказывается точка зрения о возможной замене в двухпартийной системе страны новыми демократами Либеральной партии, а также проводятся аналогии с общественно-политической ситуацией в Великобритании в 1924 гг., когда было сформировано первое лейбористское правительство Д. Макдональда, которое вытеснило либералов из системы власти[9]. Вне зависимости от исхода будущих всеобщих выборов, консерваторы в процессе дальнейшей разработки своих программных документов и государственной деятельности должны будут исходить не только из необходимости противостояния своим традиционным соперникам — либералам, но из высокого рейтинга новых демократов среди избирателей. Такая ситуация в новейшей истории страны уже имела место в конце 80-х гг. XX в., когда предвыборные опросы второй половины 1987 — начала 1988 гг. выводили на первое место лидера НДП Э. Бродбента, пользовавшегося доверием 41% респондентов[10]. В то же время, выступив неудачно в ходе предвыборных дебатов 1988 г., он растерял значительную часть голосов избирателей.

Получению консерваторами парламентского большинства предшествовали удачная телевизионная политическая реклама, своевременно обнародованная предвыборная программа, грамотно спланированная избирательная кампания, успешно проведенные дебаты.

Уже в январе 2011 г., предчувствуя всю остроту предвыборной борьбы, консерваторы выпустили серию из шести телевизионных роликов, направленных против лидера Либеральной партии М. Игнатьева, лидера НДП Д. Лейтона и лидера Квебекского блока Ж. Дюссепа[11]. Реклама обращала внимание канадского электората на несколько принципиальных моментов, касающихся политических оппонентов консерваторов. В первом ролике было подчеркнуто, что избирателю спокойно и надежно с С. Харпером, и, поэтому, нет необходимости изменять правящий курс, голосуя за либералов. В завершение был показан премьер-министр С. Харпер, работающий поздним вечером в своем кабинете. Заставка ролика подчеркивала, что с июня 2009 г. консерваторами было создано около 450 тыс. рабочих мест. Кроме того, было отмечено, что сбалансированный бюджет на 2014 и 2015 гг. обязательно будет сформирован Консервативной партией в случае ее победы на всеобщих выборах.

Второй ролик обыгрывал долгое пребывание за рубежом М. Игнатьева, незнание им канадских реалий общественной жизни и его возвращение в Канаду только в 2005 г. Реклама представляла лидера либералов как карьериста, мало заботящегося об интересах страны и ставящего личные интересы выше общественных. Слоган ролика, обращаясь к избирателям, гласил: “Он вернулся не для Вас”.

В третьем ролике консерваторы подчеркнули, что они не желают проведения досрочных всеобщих выборов, но именно лидер либералов М. Игнатьев настаивает на этом, фактически уже начав свою предвыборную кампанию и стремясь использовать свой шанс стать премьер-министром. Все это вынуждает правящую Консервативную партию к принятию ответных мер по подготовке к выборам.

Четвертый ролик суммировал высказывания о Канаде, сделанные М. Игнатьевым в период его нахождения за рубежом. Особое внимание было привлечено к словам о том, что США являются его страной. В этой рекламе консерваторы утверждали, что лидер либералов, не зная канадской действительности, является политическим туристом.

В пятом ролике консерваторы предположили, что в случае победы на всеобщих выборах М. Игнатьев, будучи премьер-министром, поднимет налоги.

Шестой ролик был направлен против лидера НДП Д. Лейтона, показывая его отчаянным и непредсказуемым политиком, готовым для того, чтобы прийти к власти, даже сформировать коалицию с Квебекским блоком[12].

Реклама консерваторов, направленная против лидера либералов М. Игнатьева, оказала решающее воздействие на восприятие электоратом этого политика как непрофессионального и далекого от канадских реалий общественной жизни.

Важным шагом консерваторов при завоевании голосов избирателей явилось своевременное обнародование ими своей предвыборной программы. В условиях благоприятной экономической конъюнктуры, сложившейся в период нахождения у власти консерваторов, это привело к положительному итогу[13].

Перед публикацией своей предвыборной платформы в апреле 2011 г. лидер консерваторов С. Харпер напомнил канадцам, что именно его партия обеспечила стране стабильность и успешно противостояла глобальному экономическому кризису 2008 г., наиболее деструктивному со времени Великой экономической депрессии 1929—1933-х гг. Этот тезис явился основополагающим для избирателей, для которых социально-экономические вопросы всегда являются приоритетными. Необходимо отметить, что предвыборный манифест консерваторов в области экономики в целом ничем не отличался от программных документов НДП, Либеральной партии и Квебекского блока, однако принципиально важным явился тот момент, что Канада, несмотря на довольно непростую экономическую ситуацию в мире в 2008–2009 гг., не вошла в полосу системного циклического кризиса, связанную с хронической безработицей, падением уровня жизни своих граждан и т.д. Партия, находящаяся у власти с января 2006 г. и вновь победившая на всеобщих выборах 2008 г., в целом не допустила серьезных просчетов в области экономики. Именно этот факт способствовал успеху программы С. Харпера и подтверждал его слова, сказанные им еще в 2008 г. о том, что канадская экономика не является прототипом американской[14].

Программа консерваторов выделяла пять принципиальных положений, среди которых можно выделить следующие:

во-первых, создание новых рабочих мест посредством низкого налогообложения, профессиональной переподготовки и развития торговли;

во-вторых, поддержка канадских семей путем сниженного налогообложения. В частности, это касалось семей с детьми в возрасте до 18 лет. Консерваторы честно указали, что это возможно не ранее 2014–2015 гг., когда им удастся достигнуть профицита государственного бюджета. Правящая партия подчеркнула, что объем финансирования, связанного с помощью и поддержкой семьям, для них будет составлять приблизительно 2,5 млн канадских долл. в год, однако это позволит примерно 1,8 млн семей сэкономить около 1,3 тыс. долл. в год;

в-третьих, ликвидация дефицита государственного бюджета к 2014–2015 гг. путем контроля государственных расходов без сокращения выделения средств на нужды канадских провинций и граждан в целом. Правительство С. Харпера заявило о том, что в случае удачного осуществления этой программы ему удастся сэкономить около 4 млн канадских долл. в год, которые, в свою очередь, пойдут на нужды канадцев[15]. Именно вопросы, связанные с борьбой с бюджетным дефицитом, явились основой экономической платформы консерваторов;

в-четвертых, важное положение было связано с вопросами нелегальной миграции и комплектованием вооруженных сил[16]. Последнее было особенно важно в связи с вопросами обеспечения безопасности на канадском Севере;

в-пятых, не менее важным пунктом была защита детства и поддержание правопорядка.

Другие политические партии также были ориентированы на решение вопросов экономического плана. Программа либералов включала в себя финансовую поддержку студентам из семей с низким доходом для оплаты высшего образования (примерно 1 тыс. 500 канадских долл. в год). Либералы подсчитали, что эти расходы составят 1 млрд канадских долл. в год. Либералы выступили также в поддержку программы детства и материнства, на которую они собирались выделить около 500 млн канадских долл. в год, планируя повысить эту цифру до 1 млрд канадских долл. к концу четвертого года. Либералы также выступили в поддержку семей с временно неработающими по состоянию здоровья, предложив выделить на эту программу примерно 1 млрд долл. Либералы подвергли критике экономическую политику консерваторов, и в частности, излишние, по их мнению, расходы на проведение саммита большой восьмерки, а также на закупку американских истребителей[17].

Программа НДП была направлена на усиление социальной защищенности канадских граждан и, прежде всего, оказания им медицинской помощи путем увеличения численности врачей. В частности, новые демократы планировали выделить 165 млн канадских долл. на обучение 1,2 тыс. врачей и 6 тыс. медицинских сестер в ближайшее десятилетие. Кроме того, НДП планировала возвратить в Канаду и обеспечить работой 300 докторов, работающих за границей[18].

Кульминационным моментом в предвыборной кампании консерваторов явилось их участие в политических теледебатах, в которых приняли участие также НДП, Квебекский блок и Либеральная партия.

Особый интерес вызвали теледебаты на французском языке, прошедшие 13 апреля 2011 г. и впервые с 90-х гг. XX в. посвященные франкоканадскому вопросу[19]. Обсуждение этой злободневной для Канады проблематики было инициировано лидером Квебекского блока Ж. Дюсепом. В эпоху Б. Малруни данному кардинальному для страны вопросу были посвящены Мичлейкские и Шарлоттаунские конституционные соглашения 1987 и 1992 гг., а также сама предвыборная программа консерваторов, детально представленная ими во время теледебатов 1984 г. Однако во время следующих теледебатов в 1988 г. эта тема не поднималась, так как политические партии Канады активно обсуждали заключенное консервативным кабинетом Б. Малруни соглашение о свободной торговле с США. Критика Мичлейкского соглашения началась позднее[20]. В период, предшествующий всеобщим выборам 1993 г., из-за провала Шарлоттаунского соглашения, ни правящая ПКП во главе с К. Кэмпбелл, ни ее главный оппонент — Либеральная партия во главе Ж. Кретьеном старались не поднимать эту тему из-за негативного отношения к ней избирателей. Накануне всеобщих выборов 1997 г., участвуя в теледебатах, лидер Прогрессивно-консервативной партии Ж. Шаре, стремясь завоевать голоса квебекского электората, выступил с идеей признания Квебека самобытной общностью в рамках канадской федерации[21]. Во время теледебатов 2000, 2004, 2006 и 2008 гг. экономическая проблематика была приоритетной, и поэтому франкоканадский вопрос фактически не обсуждался.

Однако в полемике с Ж. Дюсепом С. Харпер подчеркнул, что именно по инициативе лидера консерваторов канадский парламент в ноябре 2006 г. принял резолюцию, согласно которой Квебек был признан “нацией в составе единой Канады”[22]. Ж. Дюсеп попытался парировать заявление С. Харпера и подчеркнул, что, несмотря на парламентскую резолюцию, Квебек так и не присоединился к Акту о Конституции 1982 г. Кроме того, Ж. Дюсеп добавил, что борьба многих наций в мире, активно выступающих за свой суверенитет, очень часто завершается получением ими независимости. Свои размышления по этому поводу Ж. Дюсеп закончил фразой о том, что у каждой нации есть политика своих собственных интересов[23]. Лидер Квебекского блока, скорее всего, намекал на косовский прецедент, когда в феврале 2008 г. эта бывшая югославская территория была признана независимой несколькими десятками европейских и американских государств, в том числе США и Канадой. Однако С. Харпер, как и лидер либералов М. Игнатьев, выслушав Ж. Дюсепа, справедливо заметили, что данная проблематика не является в настоящий момент актуальной для провинции, поскольку на первый план выходят вопросы экономического характера. В дополнение С. Харпером было подчеркнуто, что если ему удастся сформировать правительство большинства, то главный упор им будет сделан именно на решение проблем социального и экономического характера. Их суждения об этом были подтверждены звонком в телестудию от одной из жительниц Квебека, которая рассказала о высоком уровне безработицы в провинции и подчеркнула, что людям преклонного возраста сложно найти работу[24].

Подводя итоги теледебатам на французском языке, необходимо отметить, что С. Харпер, безусловно, явился их победителем, поскольку, во-первых, консерваторы неоднократно выступали с инициативами по разрешению франкоканадского вопроса, а во-вторых, экономическая проблематика, действительно, в последние годы является наиболее приоритетной.

Теледебаты на английском языке были посвящены экономической ситуации в стране[25]. Лидеру консерваторов С. Харперу пришлось выслушать обвинения лидеров оппозиционных политических партий по нескольким направлениям. М. Игнатьев заострил внимание участников теледебатов на бюджетном дефиците, заявив о том, что у канадцев нет уверенности в том, что консерваторы профессиональны в сфере экономики. Как и Ж. Дюсеп, он обвинили правительство С. Харпера в огромных тратах на проведение саммита “Большой восьмерки” в размере 1 млрд канадских долл., в ненужной закупке американских истребителей и т.д. Лидер НДП Д. Лейтон добавил, что у Консервативной партии всегда возникают проблемы, когда вопросы касаются социальной и экономической политики, и поэтому большинство канадцев все еще остаются безработными. Однако С. Харпер попытался отвергнуть направленные против него обвинения, заявив о том, что оппозиция настаивает на ненужных выборах в тот момент, когда все усилия государства должны быть направлены на борьбу с последствиями глобального экономического кризиса. М. Игнатьев попытался возразить С. Харперу, заявив о том, что выборы будут проходить именно потому, что премьер-министр Канады не отчитывается перед парламентом о своей работе и не говорит ему правду, однако это не принесло либералам желаемых дивидентов[26].

Несмотря на упреки своих политических оппонентов, теледебаты на английском языке не ухудшили положение консерваторов, и их нельзя было считать проигравшими. В условиях экономической стабильности в стране канадские избиратели восприняли происходящее на предвыборных телевизионных английских теледебатах как дискуссию между лидером правящей партии и оппозицией. В целом электорат не собирался отказывать в доверии находящейся у власти Консервативной партии.

Важной составной частью избирательной кампании консерваторов явились предвыборные поездки по стране их лидера, регулярные встречи с избирателями. По мере того, как все более сказывался политический непрофессионализм М. Игнатьева и росла популярность НДП на общенациональном уровне, для лидера консерваторов становилось принципиально важным критиковать новых демократов[27]. Не вдаваясь в сложные дискуссии о будущем страны, лидер консерваторов пытался заинтересовать избирателей страны максимально четкой повесткой дня, связанной с обеспечением их социальных гарантий.

Выступая в провинции Онтарио, С. Харпер убеждал избирателей голосовать за него, подчеркивая, что в случае прихода к власти НДП нанесет непоправимый ущерб экономике, поднимет налоги и создаст еще более значительный бюджетный дефицит. Лидер консерваторов подчеркивал, что предвыборная платформа НДП является не более чем популистской и не представляет собой настоящую программу будущей правящей партии. С. Харпер подчеркнул, что даже гипотетически он не желает представлять себе вариант, при котором НДП победит на предстоящих выборах. Обращаясь к избирателям, лидер консерваторов сделал акцент на том, что они действительно должны определиться с тем, желают ли они иметь консервативное большинство в парламенте или правительство новых демократов, которое остановит стабильное экономическое развитие страны и нанесет непоправимый вред канадцам. Иллюстрируя сказанное, лидер консерваторов обратил внимание электората на политическую деятельность крайне непопулярного правительства новых демократов, находившегося у власти в Онтарио в начале 90-х гг. прошлого столетия.

Такая же линия критики новых демократов была продолжена лидером консерваторов и во время его выступлений в Квебеке, где он, пытаясь завоевать голоса квебекских избирателей, доказывал им, что Консервативная партия Канады, безусловно, стабилизирует экономическую ситуацию, в то время как НДП, не имея политического опыта управления страной, обязательно поднимет налоги и создаст деструктивную ситуацию в государстве[28]. Его выступления в Квебеке были особенно важны в свете того, что во второй половине предвыборной кампании Квебекский блок и Либеральная партия стали стремительно терять свою популярность во франкоязычной провинции, тогда как НДП, в силу харизматичности своего лидера Д. Лейтона, его регулярных выступлений по франкоканадскому вопросу и политической слабости либералов, наоборот, стала его приобретать[29]. Кроме того, лидер консерваторов подчеркнул, что он, в отличие от новых демократов, не собирается тратить время на безрезультативные и сложные дискуссии по франкоканадскому вопросу, поскольку перед страной в настоящий момент стоят важные экономические задачи[30]. Активные выступления С. Харпера в Квебеке были показательны еще и потому, что, кроме кратковременного периода всеобщих выборов 1984 и 1988 гг., консерваторы, в отличие от либералов, Квебекского блока и НДП, не пользовались популярностью среди электората этой провинции.

В итоге всеобщих выборов, состоявшихся 2 мая 2011 г., консерваторы заручились поддержкой 39,6% голосов избирателей и завоевали 166 мест в палате общин, что означало получение ими впервые парламентского большинства. Это было принципиально важным после нахождения у власти консервативных правительств парламентского меньшинства в 2006–2008 гг. и 2008–2011 гг. Длительный процесс адаптации Консервативной партии Канады к общественно-политическим реалиям XXI в. завершился. Консерваторы, сознательно отстраняясь во время предвыборной кампании от бесплодных и утомительных дискуссий по франкоканадскому вопросу, сумели предложить канадскому избирателю социально ориентированную программу, которая была для него значительно важнее всего остального. В условиях относительной экономической стабильности Канады после циклического кризиса 2008 г. правительство консерваторов пользовалось высокой репутацией среди электората, и, поэтому их предвыборный манифест, в общем и целом мало отличающийся от аналогичного у либералов и НДП, был воспринят самым положительным образом. Кроме того, спланированная телевизионная политическая реклама консерваторов против лидера либералов М. Игнатьева и яркие выступления С. Харпера в ряде провинций на последней стадии избирательной кампании, направленные против НДП, также сыграли свою немаловажную роль.

В силу отсутствия опыта профессионального политика у М. Игнатьева и незначительного кредита доверия к нему избирателей, деятельность Либеральной партии одобрили только 18,9% избирателей, что принесло ей 34 места в палате общин. Это означало катастрофическое поражение Либеральной партии, которая не получила даже статуса официальной оппозиции[31]. Наоборот, в силу популярности лидера НДП Д. Лейтона, его партия получила 30,6% голосов избирателей и 103 места в палате общин[32]. Однако, на наш взгляд, только результаты последующих всеобщих выборов докажут временность или постоянство успеха новых демократов и продемонстрируют, будет ли двухпартийная система Канады видоизменяться по британскому образцу 20-х гг. XX в. Неуспех на всеобщих выборах Квебекского блока, выступающего за расширение прав и полномочий провинции в рамках федерации, и получившего только 6% голосов избирателей и 4 места в палате общин, лишь подтвердил слова С. Харпера во время теледебатов о том, что в условиях современного общества массового потребления экономические вопросы приоритетны, а все остальные являются второстепенными.