Вступление США в Первую мировую войну в оценках американской прессы

Д.А. Ильин

Ильин Дмитрий Александрович — магистрант кафедры всеобщей истории, права и методики обучения. Самарский государственный социально-педагогический университет.

Начало Первой мировой войны, несмотря на развитую информационную сеть, явилось полной неожиданностью для американцев[1]. США в Первой мировой войне с первых же дней придерживались политики нейтралитета. Ситуация изменилась лишь 7 мая 1915 г. после торпедирования немецкой подлодкой пассажирского лайнера «Лузитания». Всего в результате потопления погибло 1198 человек, из них 785 пассажиров. Из 154 граждан США погибли 128 человек[2]. В прессе сразу же началась антинемецкая пропаганда. Печатались рассказы про кроваво убитых беззащитных младенцев, фотографии с места захоронения. Общей тенденцией можно назвать то, что большинство изданий оценивают катастрофу как «акт вопиющей жестокости», особо заостряя внимание на фактах и событиях, способных вызвать чувство сопереживания. Особый акцент был сделан на гибели граждан США, чтобы посредством этого вызвать объединение общества и поднятия духа единства. Трагедия, таким образом, «проникла» в каждый дом. После катастрофы целыми городами писались петиции президенту о вступлении США в войну[4]. Но даже после такого резонанса Вильсон не спешил с радикальными действиями. В 1915 г. США еще не были готовы к полномасштабной войне. Президент лишь в ноябре 1915 г. выступил за увеличение численности вооруженных сил. Несмотря на то, что общество бурно реагировало на катастрофу с «Лузитанией», оно в большинстве в своем все еще стояло на изоляционистских позициях.

Поводом же к войне стала телеграмма Циммермана. Телеграмма представляла собой план по вовлечению Мексики в войну на случай вступления в войну США. Она была перехвачена британскими спецслужбами и впоследствии, 1 марта 1917 г., опубликована в прессе. Как следствие, 6 апреля 1917 г. Конгресс США объявил войну Германии. Реакцию американского общества в целом формировала пресса. Реакция прессы всех штатов была практически однородна. Можно выделить основные темы, отраженные в большинстве изданий, посредством которых формировалось нужное правительству мнение.

Во-первых, это массовые аресты «пронемецких» агентов[5]. Размещалась информация об арестах шпионов в многочисленных городах США. Газеты этим преследовали несколько целей: 1) показать, что война уже началась и враг подобрался близко, тем самым нужно всему обществу объединиться в борьбе с ним; 2) государство начеку и уже работает над защитой граждан США; 3) эксплуатировался образ немца как шпиона, который не способен действовать напрямую, а лишь может бить «исподтишка». Впоследствии был принят «Закон о шпионаже», соблюдением которого занималось Бюро расследований[6].

Во-вторых, пропагандировался активный призыв к экономии в потреблении для обеспечения продовольственных резервов[7]. Издания выражали обеспокоенность тем, что год войны для страны обойдется в среднем в 5 млрд. долл. (в разных изданиях цифры отличались друг от друга), особо внимание акцентировалось на том, что это сильно ударит по карману абсолютно всего населения. Пресса призывала всех граждан заводить собственный огород и выращивать овощи. Публикуя данный материал, газеты сеяли дух единства, с целью консолидации общества на время войны, фактически ставя на одну доску фермера, снабжающего тыл и фронт, с солдатами и офицерами на передовой.

В-третьих, разворачивалась кампания по призыву в армию всего дееспособного мужского населения[8]. Необходимо отметить, что издания шли на различные ухищрения, чтобы добиться цели. Например, в газете «New-York Tribune» от 7 апреля 1917 г. вышла статья под названием «Колокола звонят о новой угрозе свободе»[9]. В ней давалась отсылка к временам Войны за независимость, тем самым показывалось, что нужно защищать свободу США так же быстро и решительно, как в первые дни американской демократии, начавшиеся в 1776 г. Самое интересное, что про «врагов» (британцев) прошлых дней в статье не упоминалось. В «The Washington Herald» размещали купоны с названием «Покажи свой патриотизм», женскому населению Вашингтона предлагали набрать 5 рекрутов для нужд войны[10]. В «Chicago Tribune» печатались объявления о наборе на флот с заголовком «Мужчины, мужчины, мужчины, крик флота, требуется 100 000 моряков», кавалерию и артиллерию[11].

В-четвертых, происходит актуализация образа немца как варвара, тевтонца и даже террориста. Мы наблюдаем «имиджевую войну», методы которой сложились еще во время русско-японской войны 1904–1905 гг.[12]. Публиковались статьи под такими заголовками, как «Тевтонцы, будьте осторожны»[13], «Тевтонцы отказались от просьбы президента принять демократию»[14], «Бельгия подвергается сильному давлению и террору со стороны Германии»[15]. Тевтонцы — это прямая отсылка к образу варваров, для того чтобы у рядового читателя сложилось впечатление, что немцы всегда были агрессивными. К тому же, немцы-варвары — противники оплота американцев — демократии, и тем самым демократия выступает как объект защиты для граждан США. Издания добивались негативного эмоционального отношения к врагу. Например, публиковались материалы о том, что французские города освобождаются только в руинах, истории расстрела матери двоих детей[16].

В-пятых, выделим внешнеполитический аспект. С одной стороны — это акцент на том, что США сражаются не одни, постоянно публиковалась на передовицах информация о вступлении новых стран в войну на стороне Антанты[17]. Также этим пытались показать, что рядовому гражданину США будет с каждым днем легче. С другой стороны — это размышления о том, почему американцы вступили в войну и какие преференции они получат в случае победы.

В-шестых, — это призыв к патриотическим настроениям и консолидации общества. Это показано такими заголовка, как «Опубликованная прокламация призывает всех гражданских и военных объединиться для защиты нации»[18], «Сенатор Стоун из Миссури призывает к лояльности»[19]. Очень интересна карикатура под названием «Никаких разногласий». На ней изображен дядя Сэм, ведущий за собой осла и слона в военной форме[20]. По старой политической традиции всегда подразумевали под слоном Республиканскую партию, а под ослом — Демократическую. Тем самым редакция показывала, что в такой важнейший для страны период нужно всем объединиться, несмотря ни на что. Публикация данного материала позволяет судить о том, что общество было расколото и в большинстве своем не хотело воевать, в связи с этим нужно было преодолеть изоляционистские позиции граждан.

Если выделять особенности реакции прессы по географическому признаку, то Восточное и Западное побережья в целом поддерживают государственную линию в освещении событий и публикуют материал, соответствующий официальным заявлениям. Средний Запад более скептически настроен на вступление в войну США. Издания постоянно задавались вопросами: «Зачем мы вступили в войну?», «Во сколько война нам обойдется?», «Какие преференции война принесет в случае победы?» Также здесь более пристально освещаются военные действия в Европе. Учитывая характерные национальные особенности Юга и расовую политику в регионе, мы сталкиваемся с заявлениями о том, что чернокожие высказываются о своей лояльности к власти. Но, учитывая всю сложность расовых отношений, можно сделать вывод, что проблема лояльности негритянского населения всегда была одной из важных и газеты выдают желаемое за действительное.

Однородность прессы связана с работой информационных агентств США (Associated Press, United Press International). То есть информация шла сверху вниз, от более крупных изданий в провинцию. Таким образом, заголовки на местах зачастую не переделывались. Также однородность реакции связана с появлением Комитета общественной информации во главе с Джорджем Крилом. Комитет стал фактически цензором на события военного времени. Он был создан, чтобы убедить американцев сражаться в Европе и сплотить народ в едином «интервенционистском» порыве[21]. В связи с этим, не удивительно, что пресса США отреагировала в большинстве своем однородно. Хоть и по факту мы наблюдаем, что изображаемая в СМИ реальность отличалась от действительности. Происходила централизация информационных потоков, которая позволила добиться победы в формировании мнения и позиции граждан США по отношению к Первой мировой войне.