Америка после ухода Российско-американской компании: значение Калифорнии и Аляски

Аарон Коэн (США)

Коэн Аарон – профессор Калифорнийского государственного университета в г. Сакраменто (США).

DOI: 10.32608/1010-5557-2018-2017-352-359

---

В последнее время российскую общественность волнует вопрос о целесообразности уступки Российской империей владений в Северной Америке. Предположение о том, что продажа Русской Америки Соединенным Штатам была ipso facto ошибочной, имеет два основных недостатка. Во-первых, покупая Аляску, США преследовали лишь экономические цели, и что сохранение Аляски под российским управлением до настоящего времени являлось бы огромным подспорьем для России. Во-вторых, российские и американские официальные лица, проводившие переговоры о продаже в середине XIX в., могли каким-либо образом узнать о будущем Аляски и Калифорнии в середине ХХ в.

Однако история Калифорнии показывает, что американизация региона была критически важным фактором для ее развития; более того, Аляска долгое время являлась причиной значительных расходов для США и сегодня обходилась бы России столь же дорого. В этом свете бессмысленно рассуждать о возможном возвращении Аляски в состав России или подвергать сомнению статус Аляски как американского штата. Напротив, история Калифорнии и Аляски после их передачи Соединенным Штатам может служить полезным уроком для каждого, кто судит о действиях исторических личностей вне исторического контекста.

Хотелось бы отметить, что потерю Калифорнии едва ли стоит считать трагедией для России. Двести лет назад этот регион находился на периферии мира. Верхняя Калифорния формально принадлежала Испании (после 1821 г. — Мексике), однако на самом деле северная ее часть располагалась на границах между колониальными державами (Испании, Англией, США и Россией) и местным населением различного происхождения: аборигенами, испаноязычными группами местного происхождения (Californios) и иммигрантами из-за пределов территории. Никто в 1841 г. не мог бы себе представить, что через сто лет, благодаря американской настойчивости, а также благоприятным историческим и географическим обстоятельствам, Калифорния станет процветающим и густонаселенным регионом.

В начале XIX в. мексиканская территория Верхняя Калифорния казалась малоперспективной, так как находилась далеко от метрополии и являлась маловажной для экономики Мексики. Ограниченные возможности для развития экономики накладывали отпечаток и на тот факт, что мексиканцы не были заинтересованы переезжать на эту территорию[1] с немногочисленным населением. Иностранные колонизаторы — англичане, американцы (по-русски «бостонцы») и русские — в основном концентрировали усилия на местных рыбных ресурсах. Российско-американская компания (РАК) пришла на берега Северной Калифорнии с целью снабжения территории Аляски продовольствием. Однако Главное правление компании, разумеется, также было заинтересовано в добыче меха калана. Положение Форта Росс являлось максимально удобным, так как поселение, с одной стороны, находилось достаточно близко как к плодородным землям, так и к Аляске, а с другой — было защищено от испанских вооруженных сил, при этом позволяя РАК избежать конфликта с британской Компанией Гудзонова залива и Американской меховой компанией. Создание торговой фактории и вспомогательной фермы Форта Росс стало первым шагом к обеспечению устойчивого положения РАК на Аляске.

Тем не менее, колонизация не имела успеха. Сельскохозяйственное производство было эффективным, однако РАК недополучала значительную часть прибыли[2], поэтому формально компания являлась убыточной. Как только каланы были истреблены, русская колония в Калифорнии мало что могла предложить С.-Петербургу кроме увеличения расходов и возможного конфликта с Мексикой. В результате Форт Росс был продан мексиканскому гражданину швейцарского происхождения Дж. Саттеру в 1841 г., и русские поселенцы покинули Калифорнию еще до появления там американцев.

В 1846 г. Соединенные Штаты начали войну против Мексики и в феврале 1848 г. завоевали Верхнюю Калифорнию. Американцы стремились включить Калифорнию в состав США, что в то время являлось весьма затруднительным из-за имевших место в стране широких разногласий по вопросу рабства.

Приход американцев радикально изменил вектор развития экономики и всего образа жизни в Калифорнии, и можно предположить, что Верхняя Калифорния выглядела бы совсем по-другому под мексиканским или российским управлением. Несколько факторов, напрямую вызванные американским влиянием, а другие — случайными совпадениями, в совокупности превратили Калифорнию в важный регион. Значимость данных факторов не была очевидной в 1841 г., однако сегодня они являются ключевыми как для американской, так и для мировой экономики.

В первую очередь, к ним относится существовавшее в XIX в. желание правительства США завоевать весь североамериканский континент, сделав его не отдаленной колонией, а американской землей в этническом и юридическом смысле. Экспансия Соединенных Штатов повторяла модель английского колониализма, придерживаясь теории так называемой «колонии поселения», согласно которой автохтонное население считалось, по сути, чужеродным элементом, который должен был быть замещен иммигрантами-американцами. Данная практика отличалась от колониальной идеологии Испании и России, которые, хотя и являлись достаточно жестокими по отношению к индейцам, тем не менее, рассматривали возможную или даже желательную перспективу сосуществования пришлых людей с местным населением. Индейцы в американской Калифорнии подвергались жестокому преследованию до их почти полного уничтожения к 1900 г. Большинство жителей в Калифорнии молчаливо поддерживало зверства, направленные на изгнание индейцев из штата. Тысячи белых приняли непосредственное участие в геноциде, убив тысячи индейских мужчин, женщин и детей[3].

Во-вторых, в 1848 г. в горах Сьерра-Невада было найдено золото, кардинально изменившее вектор развития Калифорнии. «Золотая лихорадка» привела к массовой миграции с восточного побережья США и из других стран; золото стоимостью около 10 млрд долл. в сегодняшнем эквиваленте вошло в мировой финансовый оборот, а также поступило на счета частных компаний и в бюджет федерального правительства США[4]. Таким образом, Калифорния стала весьма ценной территорией для Вашингтона.

Численность неиндейского населения в новом штате Калифорния выросла с 10 тыс. человек в 1848 г. до 225 тыс. человек в 1855 г.[5] Население Сан-Франциско увеличилось с 1 тыс. человек в 1848 г. до 150 тыс. в 1870 г. Город Сакраменто превратился из маленькой мексиканской сельскохозяйственной колонии, управляемой Дж. Саттером, в американский город с населением 10 тыс. человек.

Трудно представить современную Калифорнию без «золотой лихорадки». Именно благодаря ей произошел существенный технологический прогресс в горной промышленности. Первая Трансконтинентальная железная дорога, построенная частично на средства, полученные от добычи местного золота, связала Калифорнию с другими штатами страны. У американских банков появились деньги на крупные инвестиции в дороги, здания и другие виды инфраструктуры. Сан-Франциско стал важным международным портом, связанным железной дорогой с востоком и торговыми путями с западом.

Через два года Верхняя Калифорния перешла от Мексики непосредственно в состав американского штата Калифорния, и ее прежде инертная экономика в течение десятилетий стала важным центром мировой торговли.

В-третьих, география и климат Калифорнии позволяют использовать с максимальной выгодой природные ресурсы, применяя современные технологии. Сырье, добываемое в штате, важно для современной экономики. Здесь находятся самые богатые и обширные сельскохозяйственные земли в США, на которых можно вырастить почти любой тип культур благодаря мягкому климату и обширной системе распределения воды через реки и современные акведуки.

Калифорния обладает большими запасами минеральных ресурсов, включая газ, нефть и тяжелые металлы. Незамерзающие порты Сан-Франциско, Лос-Анджелес и Сан-Диего связывают США с такими государствами Тихоокеанского региона, как Китай и Япония. В Калифорнии располагаются университеты мирового класса (Stanford, Berkeley, CalTech и др.), давшие начало развитию мировой индустрии высоких технологий.

Современная Калифорния, созданная американцами на базе богатых природных ресурсов, является воплощенной историей американского успеха. Очевидно, что русские колонисты, жившие в 1841 г., при продаже Форта-Росс не имели представления о том, что принесет будущее. Таким образом, для них эта сделка являлась полностью оправданной.

Стоит отметить, что с точки зрения улучшения российско-американских отношений уступка Аляски была гораздо более значимым событием, чем продажа небольшого российского торгового поселения в Форте Росс. Однако нельзя сказать то же самое про последующее экономическое развитие полуострова. Аляска никогда не вносила существенный вклад в национальную экономику США по сравнению с другими крупными территориями, такими как Калифорния или Техас. В 1867 г. правительство и общественное мнение США мало знали об этой земле. Напротив, российское правительство в то время считало, что оно получило на 2 млн долл. больше, чем первоначально ожидало. В 1867 г. ни русские, ни американцы не могли знать, что в конце 1890-х — начале 1900-х гг. здесь будет обнаружено золото, а в 1960-х гг. — нефть. Однако в С.-Петербурге к тому времени осознавали, что управление Аляской требует огромных затрат. Столь же дорого Аляска обошлась и США.

Освоение русскими Аляски охватывало более обширные территории, чем те, которые находились в северной Калифорнии. Данный факт во многом определяется географическим вектором российской экспансии, которая следовала в Сибирь и на Дальний Восток в рамках продолжающегося поиска ресурсов для торговли пушниной. К концу XVIII в. многие частные торговцы исследовали побережье Аляски в поисках каланов и тюленей. В ходе этой деятельности были основаны русские поселения на острове Кадьяк, а также г. Новоархангельск (ныне Ситка).

В 1799 г. была создана единая РАК. Будучи частной акционерной компанией, она получила монополию на торговлю и управление колониями на Аляске. Компания была ответственна перед чиновниками в С.-Петербурге, а основными держателями ее акций стали император и высшее дворянство.

С самого начала деятельность РАК была направлена не на превращение Русской Америки в часть России, а на коммерческое извлечение прибыли из колоний. Компания торговала различными товарами и иногда приносила существенные доходы, однако ее владельцы сохраняли менталитет эксплуататоров, фокусируясь главным образом на торговле мехом. Во всяком случае, определенные факторы, такие как тяжелые климатические условия и отдаленность от метрополии и ведущих экономических центров и коммуникаций — Китая и Атлантического океана, — делали экономическую базу Аляски достаточно хрупкой и исключительно затратной. Практически полное отсутствие пригодных для сельского хозяйства земель заставляло РАК доставлять продовольствие с территории России либо покупать его у английских или американских торговых компаний по высоким ценам; оба варианта обходились дорого.

Другими словами, Русская Америка никогда не могла быть самодостаточной колонией, и ее состояние как рентабельного проекта было сопряжено с краткосрочными расчетами прибылей и убытков. Продав Аляску в 1867 г., российские власти избавились от источника огромных расходов и способствовали установлению позитивных связей с Соединенными Штатами, а также нивелировали угрозу для своих дальних рубежей со стороны Великобритании и принесли в российскую казну немалую сумму.

Следует отметить, что ни английское, ни американское правительства также не придавали большого значения экономическому развитию региона. Англичане настолько пренебрегли своими владениями в соседней Британской Колумбии, что во время покупки Аляски местное население всерьез рассматривало возможность присоединения к Соединенным Штатам[6]. Даже после совершения сделки американцы не знали наверняка, какие экономические выгоды, кроме меха и рыбы, могла принести Аляска[7].

На самом деле, в результате уступки Аляски Соединенные Штаты лишь получили землю вместе со всеми сопутствующими ее географическому положению проблемами. До сих пор Аляска остается дотационной территорией и находится в зависимости от федерального бюджета правительства США.

Исследователи на Аляске изучали историю ее экономики и отметили зависимость от федеральных субсидий, расходов на оборону и инвестиций в инфраструктуру, структурные недостатки в экономике, формируемой добычей природных ресурсов, а также высокой стоимостью жизни и расходами бизнеса.

Профессор С. Голдсмит, например, приходит к выводу, что «если поток федеральных и нефтяных денег исчезнет за одну ночь, две трети рабочих мест для аляскинцев также исчезнут»[8]. Он отмечает, что «экономический рост и технический прогресс уменьшили, но не устранили» исторические недостатки Аляски, которые включают «огромный размер, суровый климат и удаленность от рынков и поставщиков». Т. Коул и П. Кравез подчеркивают случайный характер успехов в экономике Аляски. Они утверждают, что «Аляска неоднократно спасалась благодаря неожиданным событиям», таким как открытие золота и нефти[9]. С 1867 по 1958 г. Аляска получала «волны прибыли» из-за мехов, золота, меди и лосося в размере 40 млрд долл. (в нынешних долларах). Поступавшие в бюджет штата от добычи нефти с 1959 по 2002 г. 350 млрд долл. являлись результатом «удачи, высоких цен и дальновидности».

Тем не менее, уровень федеральной поддержки оставался на очень высоком уровне, превышая доходы штата в соотношении 4 или 5 : 1. Обращаясь к дебатам о статусе Аляски в середине XX в., историк Т. Коул объясняет, что заявления о том, будто покупка Аляски многократно окупилась, являются заблуждением. Он подчеркивает, что «единственный раз в своей истории, когда Аляска не была обузой федеральной казны (за исключением краткого периода с 1979 г. до начала 1980-х гг.) <...> был в течение первых двух десятилетий, когда расходы были минимальными, а налоговые поступления от торговли меховыми шкурами — существенными»[10]. Он отмечает, что в «обычном году», вроде 1913 г., «аляскинцы заплатили около 800 тыс. долл. в виде федеральных лицензий, сборов и налогов», но федеральные расходы «составили более 5 млн долл.»[11]. Другими словами, федеральное правительство поддерживало Аляску с самого начала и до настоящего времени.

Экономист из Университета штата Айова Д. Баркер, основываясь на своих расчетах в 2009 г., пришел к выводу, что «в финансовом выражении Аляска для Соединенных Штатов явно была отрицательным проектом чистой текущей стоимости»[12]. Он указал на небольшие выгоды для США от покупки территории, за исключением, возможно, некоторого усиления национальной безопасности и создания малоквалифицированных рабочих мест[13].

Статья Д. Баркера вызвала полемику в 2010 г. после того, как она была опубликована в «Economix» — экономическом блоге газеты «Нью-Йорк Таймс». Т. Коул предположил, что многие штаты могут опровергнуть проведенный анализ, и в то время как С. Голдсмит поставил под сомнение узкую ориентированность исследования Д. Баркера на федеральную казну[14]. Как бы то ни было, нет сомнений в том, что, как утверждали Коул и Голдсмит, аляскинцы получали огромную поддержку со стороны федерального правительства, а экономическое развитие штата определялось удачным стечением обстоятельств.

Тем не менее, поступательное экономическое развитие бывших российских колоний в Америке очевидно. В наши дни Аляска имеет небольшую долю в экономике США. Население штата составляет около 700 тыс. человек (это 48-е место из 50 штатов) и ВВП, составляющее 45 млрд долл. (45-е место среди 50 штатов, что в соотносимых величинах равно экономике Хорватии). Крупные нефтяные месторождения были открыты в бухте Прудо-Бэй (Прадхо-Бей, Prudhoe Bay) в 1960-х гг., и сегодня 85% доходов штата приходятся на эту отрасль; остальные 15% занимают другие отрасли (рыбная ловля, туризм) и дотации государства. С другой стороны, если бы Калифорния стала самостоятельной, она была бы крупной державой с населением в 40 млн человек (это самый населенный штат США), с ВВП в размере 2,5 трлн долл. и одной из самых развитых экономик мира, сравнимых с экономикой Италии; она смогла бы занять 8-е место в мире по стоимости ВВП. Здесь находятся две самые современные отрасли — производство высокотехнологичных продуктов и производство медиаконтента.

Представители РАК покинули Калифорнию за несколько лет до того, как она стала американским штатом. Вряд ли Калифорния превратилась бы в столь же крупный экономический центр под российским или мексиканским суверенитетом, но, несомненно, что Аляска все так же оставалась бы далекой и дорогой в содержании территорией. Поэтому, когда русские вернулись в Америку в конце XIX в., для строительства новой жизни они отправились не на Аляску, а в Калифорнию.