150 лет уступке Аляски Соединенным Штатам и российско-американские отношения

А.Ю. Петров

Петров Александр Юрьевич – доктор исторических наук, главный научный сотрудник Центра североамериканских исследований Отдела региональных исследований Института всеобщей истории РАН; профессор Рязанского государственного университета имени С.А. Есенина и Московского государственного лингвистического университета (МГЛУ).

DOI: 10.32608/1010-5557-2018-2017-311-325

---

Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда (проект № 17-18-01567).

В 2017 г. исполнилось 150 лет со дня уступки российских колоний в Северной Америке Соединенным Штатам. Решение принималось 16 (28) декабря 1866 года в С.-Петербурге в резиденции министра иностранных дел Российской империи. Договор был заключен 18 (30) марта 1867 г. в Вашингтоне. Подписали его государственный секретарь США У. Сьюард и посланник Российской империи в Соединенных Штатах Э. Стекль. Российские колонии в Новом Свете включали в себя в основном Алеутские острова, часть полуострова Аляска. В 1841 г. Россия продала крепость Росс в Калифорнии, которая использовалась акционерной, монопольной, находящейся под императорским покровительством, Российско-американской компанией (РАК) и формально существовала вне юрисдикции Российской империи. Все эти территории получили в дальнейшем название — Русская Америка.

В настоящее время ученые совместно с работниками архивов вводят в научный оборот новый материал. Опираясь на междисциплинарный подход, исследователи разрабатывают новые методы исследований. Целый ряд проблем впервые изучается на высоком научном уровне. Проблематику историко-культурного наследия в Русской Америке в Рязанском государственном университете поддержал Российский научный фонд (проект № 17-18-01567). Данная поддержка позволяет провести масштабные экспедиционные и научно-исследовательские работы и достичь значимых результатов, апробируемых на крупных международных конференциях и в специальных публикациях. Кроме того, в последние годы растет поддержка со стороны МИД РФ. Это объяснимо, ведь история и наследие Русской Америки остается ныне практически единственным окном в гармоничном и поступательном сотрудничестве с американскими коллегами.

Об уступке Аляски опубликованы книги в России и за рубежом. Среди их разнообразия хотелось бы отметить фолианты американского ученого Х. Бэнкрофта и отечественного историка Н.Н. Болховитинова. Мы полагаем, что Х. Бэнкрофту принадлежит заслуга научной популяризации истории Аляски и Калифорнии. Он впервые использовал документы как на русском, так и на английском языках. Бэнкрофт не знал русский язык, а доверял своему переводчику. Поэтому ошибки, встречающиеся в его труде, объяснимы поверхностным, зачастую надуманным переводом[1].

Основателем новых подходов в изучении истории Русской Америки мы считаем академика РАН, лауреата Государственной премии РФ Н.Н. Болховитинова. Именно он является автором идеи о необходимости фундаментального изучения истории Русской Америки. Его усилиями был собран коллектив отечественных и зарубежных (американских и канадских) ученых и был издан трехтомник «История Русской Америки». Этот труд получил прекрасные отзывы на страницах ведущих журналов и активно цитируется[2].

Н.Н. Болховитинов стал инициатором образования в Институте всеобщей истории Российской Академии наук (ИВИ РАН) Центра по изучению истории Русской Америки. В дальнейшем была создана ведущая научная школа, куда вошли многие известные ученые. На базе этой школы была образована группа по изучению истории Русской Америки под руководством д.и.н., г.н.с. ИВИ РАН А.Ю. Петрова. Одним из направлений научных исследований группы стали вопросы, связанные с уступкой Аляски Соединенным Штатам. Это особенно актуально в связи со 150-летним юбилеем этого события. Научную и широкую общественность продолжает волновать история этой уступки, тем более что остается еще ряд вопросов, требующих решения и поиска новых документов.

Считалось, что наследие Русской Америки исчезло после уступки Аляски Соединенным Штатам. Это положение высказывалось по причине того, что исследователи того времени располагали документами в основном центральных архивов, экспедиции же во внутренние районы Аляски не проводились.

Сейчас принято рассматривать историю и наследие Русской Америки в разных аспектах[3]. В узком смысле — это Аляска, группы Алеутских островов, поселения в Калифорнии, на Гавайских, Курильских и Командорских островах. Это район деятельности РАК, управлявшей данными территориями в 1799–1867 гг. В широком смысле мы понимаем Русскую Америку как Новый Свет, новые рубежи в сознании наших предков. «Америка» — термин, который обозначает не столько континент, сколько новую, неизвестную землю, границу.

В данной публикации мы не претендуем на полное и многостороннее раскрытие проблемы уступки Аляски, а попытаемся отметить определенные аспекты, которые слабо освещены или совсем не затрагивались исследователями[4].

Впервые мысль об уступке русских колоний в Америке высказал брат Александра II Великий князь Константин Николаевич 22 марта (3 апреля) 1857 г.[5] В этот день он определил основные причины, по которым Аляску следует уступить США.

1857 год — важная отправная точка. С 1857 по 1867 г. Великий князь не только не смягчил свою позицию, но и упрочил ее, приводя все новые и новые аргументы в пользу уступки Аляски США. Складывалось впечатление, что им была поставлена задача, которую нужно было выполнить, при этом отвергая любые контраргументы.

Его решение выглядело весьма неожиданно. Из сохранившихся материалов того времени в нашем распоряжении имеется документ 1853 г. Тогда 26-летний Великий князь озаботился освоением острова Сахалин и по этому случаю пишет подробное и обоснованное по пунктам письмо министру иностранных дел К.В. Нессельроде. В этом письме Константин Николаевич предлагает предоставить РАК исключительное монопольное право по хозяйственному обустройству острова. Причем привилегии выглядели даже обширнее, чем те, которыми обладала РАК в Русской Америке. В частности, ей предоставлялись «в распоряжение <…> воинские нижние чины и офицеры». С точки зрения управления территориями, на Сахалине оно, в отличие от устава РАК, имелось: правитель на острове подчинялся генерал-губернатору Восточной Сибири.

В это время генерал-губернатор Восточной Сибири Н.Н. Муравьев-Амурский выступает с идеей об уступке Аляски. Этот чиновник доказывал, что США с развитием железных дорог «неминуемо распространятся по всей Северной Америке <…> рано или поздно придется им уступить североамериканские владения наши»[6]. Мы полагаем, что мнение Муравьева-Амурского можно объяснить стремлением избежать конкуренции на находящихся под его управлением территориях.

Период с 1853 по 1857 г. малоизвестен в деятельности Константина Николаевича применительно к РАК и Русской Америке. Единственное, но важное исключение — это направление его адъютанта И.А. Шестакова в США для строительства фрегата «Генерал-адмирал». Шестаков находился в США в 1856–1859 гг., встречаясь с высокопоставленными лицами в США. Его приезд в Америку совпал по времени с завершением Крымской войны, в ходе которой США симпатизировали России; американские медики активно помогали русским при обороне Севастополя, а в Новом Свете именно американцы в 1854 г. согласились заключить фиктивный договор о продаже имущества и владений РАК Американо-русской торговой компании в Сан-Франциско.

После заключения Парижского мирного договора в 1857 г. Константин Николаевич направился во Францию, куда его настойчиво приглашали[7] и где ему оказали великолепный прием. Об этом, в частности, говорят сохранившиеся письма его брату императору, а также ответные письма Александра II. Там Великий князь пишет письмо от 22 марта (3 апреля) 1857 г. из Ниццы министру иностранных дел России А.М. Горчакову. Не Александру II, а Горчакову. Письмо — продуманное, аргументированное:

«По случаю стесненного положения государственных финансов я изыскиваю ныне средства к сокращению нашей морской сметы и весьма бы желал уменьшить сметное требование на 1/4 всей сметной суммы. Но, несмотря на все, что мы могли бы сделать в этом отношении, огромная экономия, повредив значительно развитию морских сил наших, принесет сравнительно весьма малую пользу государственному казначейству. Посему, независимо помянутых сбережений, оказывается необходимым прибегнуть к другим, более действительным средствам, чтоб выйти из нынешнего затруднительного положения. В этом отношении мне пришла мысль, что нам следовало бы воспользоваться избытком в настоящее время денег в казне Соединенных Северо-Американских Штатов и продать им наши Северо-Американские колонии. Продажа эта была бы весьма своевременна, ибо не следует себя обманывать и надобно предвидеть, что Соединенные Штаты, стремясь постоянно к округлению своих владений и желая господствовать нераздельно в Северной Америке, возьмут у нас помянутые колонии, и мы не будем в состоянии воротить их. Между тем эти колонии приносят нам весьма мало пользы и потеря их не была бы слишком чувствительна и потребовала бы только вознаграждения нашей Российско-Американской компании. Для ближайшего обсуждения этого дела и вычисления ценности колоний казалось бы полезным истребовать подробные соображения бывших правителей колоний адмирала барона Врангеля, контр-адмирала Тебенькова и отставного контр-адмирала Этолина, находящихся в Петербурге, имея, впрочем, в виду, что все они могут иметь несколько пристрастный взгляд как члены Американской компании и причем как лица, которые провели лучшие годы жизни в колониях, где пользовались большой властью и значением. Соображения сии прошу Ваше Сиятельство доложить государю императору. Константин. Помета Александра II: “Эту мысль стоит сообразить”»[8].

При сопоставлении письма Великого князя в поддержку РАК при освоении Сахалина 1853 г. и его же послания 1857 г. обнаруживается разница в ключевых вопросах, связанных с деятельностью РАК в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Двадцать седьмого октября 1859 г. в письме министру финансов А.М. Княжевичу Константин Николаевич, уже твердо настроенный против РАК, возвращается к 1857 году и пишет о том, чтобы он спрашивал тогда мнения И.А. Шестакова, Е.В. Путятина и Э.А. Стекля о продаже Аляски и склонился к тому, что уступить владения России в Америке именно США[9].

Представляется, что Константин Николаевич не договаривает, ведь на его мнение могли повлиять полученные им из Англии и США письма. В частности, письма от И.А. Шестакова, который мог известить Великого князя о желании президента США Ф. Пирса (1853–1857), представителя Демократической партии, усилить влияние Соединенных Штатов в Тихоокеанском регионе. Пирс был известен своими антианглийскими взглядами и стремлением ограничить доступ Англии в этот регион, где активизировалась британская Компания Гудзонова залива.

Вскоре по прибытии Великого князя в Париж в 1857 г. русский посол граф П.Д. Киселев и члены Парижского комитета русских железных дорог обратились к Константину Николаевичу с просьбой о поддержке железнодорожного строительства. В это время французским журналам было отказано рекламировать акции российских железных дорог. Запрещено было также продавать эти акции на бирже, хотя это допускалось для ценных бумаг других государств, и поэтому российские акции не расходились в то самое время, когда Русское общество железных дорог нуждалось в деньгах. По просьбе графа Киселева Константин Николаевич говорил об этом важном для России деле с французскими министрами и лично с императором Наполеоном III и просил его отменить упомянутые запрещения, которые существовали только в отношении русских акций. Наполеон III собирал по этому вопросу совет министров и, наконец, согласился исполнить желание Константина Николаевича[10]. Представляется, что именно в это время была достигнута договоренность о возможной покупке «принадлежностей для железных дорог», которая и была реализована через 10 лет путем уступки Аляски США.

Официальное решение о продаже Аляски было принято 16 (28) декабря 1866 г. В обстановке строгой секретности в Министерстве иностранных дел собрались император Александр II, Великий князь Константин Николаевич, министр иностранных дел А.М. Горчаков, министр финансов М.Х. Рейтерн, управляющий Морским министерством Н.К. Краббе и российский посланник в Вашингтоне Э.А. Стекль.

В приглашении на совещание, адресованном Великому князю Константину Николаевичу, которому принадлежала инициатива уступки русских колоний в Америке, говорилось: «Государю императору благоугодно было назначить заседание Комитета по делам, касающимся до отношений наших с Северо-Американскими Штатами, и пригласить к оному ваше императорское высочество. Комитет под предводительством государя императора соберется в Министерстве иностранных дел в пятницу, 16 декабря, в час пополудни». Формулировка заседания — свидетельство того, что договор готовился тайно, его вдохновители боялись малейшей утечки информации даже в собственном правительственном кругу. Не все участники того исторического совещания сразу склонились к данному беспрецедентному решению. Министр иностранных дел А.М. Горчаков не был уверен, что отказ от своих заокеанских владений полезен для России.

Сторонники уступки Аляски (Рейтерн, Краббе, Великий князь Константин Николаевич) указывали на убыточность деятельности РАК, необходимость использования государственных ресурсов для освоения Приамурья, невозможность защиты колоний в случае военного конфликта.

На «особом совещании» не были приняты во внимание результаты ревизии С.А. Костливцева и П.Н. Головина, выявившей хорошее финансово-хозяйственное состояние РАК. Капитан-лейтенант ВМФ П.Н. Головин, находившийся в прямом подчинении Константину Николаевичу, осмеливался даже подчеркнуть:

«Общественное мнение России до сих пор негодует за уступку нашей бывшей фактории в Калифорнии… Что касается до упрочения дружественных отношений России и Соединенных Штатов, то можно сказать положительно, что сочувствие к нам американцев будет проявляться до тех пор, пока оно их ни к чему не обязывает или пока это им выгодно. Жертвовать же своими интересами для простых убеждений американцы никогда не будут»[11].

Не рассматривалась записка сотрудника азиатского департамента МИД Ф.Р. Остен-Сакена. Не было принято во внимание стратегическое значение Русской Америки, особенно Алеутских островов, которые позволяют контролировать вход в Берингово море и далее через Чукотское море в Северный Ледовитый океан.

Император, по всей видимости, имел достаточно смутные представления об управлении колониями и об уставе РАК. В его записной книжке сохранилась запись «в 1 [дня] у к[нязя] Горчакова совещ[ание] по дел[у] Америк[анской] комп[ании]. Реш. продать Соедин[енным] Штатам»[12]. При внимательном чтении этой малоразборчивой, предназначенной только для самого императора записи можно сделать такие выводы. Слово «Реш.» мы намеренно оставили таким, как оно написано в документе. Предыдущая расшифровка говорила о слове «решено», что нельзя утверждать с полной очевидностью. Кроме того, совещание, по мнению императора, состоялось не по вопросу уступки колоний, а по вопросу продажи РАК. Это вопиющее недоразумение. Компанию никто не собирался продавать США, да и не могли бы этого сделать согласно ее уставу. Более того, известно, что сама РАК была ликвидирована уже после продажи Аляски, но дивиденды на акции продолжала выплачивать даже в 1880-х гг. По всей видимости, на Александра II наибольшее влияние оказал доклад Рейтерна о финансовом состоянии РАК[13]. То, что Русская Америка — это российские колонии, а сам император является покровителем компании согласно уставу, не сказано ни слова.

Могли ли захватить силой Аляску какая-либо европейская страна или США, и вынашивались ли такие планы у руководства какой-либо державы? На сегодняшний день таких документов не выявлено. Были предложения о возможной экспансии в развитии доктрины Монро, которые высказывались Дж. Адамсом, У. Сьюардом и др. Но все прекрасно понимали, что одно дело захватить, другое дело — удержать эту территорию. Знали и о сопротивлении туземцев русскому проникновению во время колонизации Аляски.

После совещания в декабре 1866 г., получив инструкции от его участников, карту Русской Америки, документ под названием «Пограничная черта между владениями России в Азии и Северной Америкой» и инструкцию министерства финансов, Э. Стекль в январе 1867 г. выехал в Америку.

В марте 1867 г. он прибыл в Вашингтон и напомнил государственному секретарю У. Сьюарду «о предложениях, которые делались в прошлом о продаже наших колоний», добавив, что «в настоящее время императорское правительство расположено вступить в переговоры». Заручившись согласием президента Э. Джонсона, Сьюард уже в ходе очередной встречи со Стеклем, состоявшейся 19 марта, смог обсудить главные положения будущего договора. По прибытии в Вашингтон в течение трех недель он подготовил и согласовал проект договора о продаже российских владений в Северной Америке.

22 марта (3 апреля) 1867 г. появились известия о том, что правительство намерено рассмотреть вопрос о крупном займе компании. В это время, 17 (29) марта 1867 г., ГП РАК представило министру финансов очередную записку, в которой доказывалась необходимость дополнительного выделения компании 1 млн руб. При этом компания обязывалась погасить этот долг в течение 10 лет из тех средств, которые государство предоставляло РАК для покрытия ее издержек, связанных с колониальным управлением и обеспечением. Любопытно, что директора РАК обратились с этой запиской в Министерство финансов за один день до подписания договора об уступке русских тихоокеанских колоний Соединенным Штатам. Кроме того, директора приняли решение увеличить промысел морских животных. Переписка ГП РАК с колониальной администрацией показывает, что в С.-Петербурге планировали получить значительные партии пушнины. Этот факт подтверждается и другими исследователями[14]. Действительно, только корабль «Цесаревич» вывез из колоний пушнины более чем на 2 млн руб. Сделки с акциями РАК на бирже уже совершались на 25 руб. выше, чем три недели назад. Это были последние торги на бирже до появления известий о продаже русских тихоокеанских колоний США.

В пятницу вечером 17 (29) марта 1867 г., получив сообщение от Э. Стекля о том, что русский государь дает согласие на продажу, государственный секретарь США У.Г. Сьюард предложил окончательно согласовать текст и подписать документы по уступке в эту же ночь. Вызванные помощники помогли составить договор. Заключительный момент подписания договора в 4 часа утра запечатлен на известной картине Э. Лейтце. После этого документ был направлен на ратификацию. Вскоре его опубликовали в «Полном собрании законов Российской империи»[15].

Следует подчеркнуть, что уступку США Русской Америки удалось провести в тайне от членов ГП РАК. Они узнали об этом факте из телеграфных сообщений. Директора компании вскоре ознакомились с тем, как в США отнеслись к покупке Аляски. Договор был подписан Александром II 3 (15) мая 1867 г.; 6 (18) октября Русская Америка была передана США.

За колонии в Северной Америке США заплатили 7,2 млн дол. До сих пор дискутируется вопрос о переводе денег того времени на современный курс рубля. Мы предлагаем исходить из того, что ВВП США составлял в 1867 г. 8 млрд 424 млн долл. Поэтому уплаченные за Аляску деньги (7,2 млн) составили 0,08736% от ВВП 1867 года. Эта доля от ВВП США 2016 года (от 18 трлн 561 млрд 930 млн долл. по данным МВФ) составляет 16 млрд 215 млн 702 тыс. долл. Гипотетически можно предположить, что 16,2 млрд долл. в современных деньгах и стоила бы Аляска[16].

С уступкой в 1867 г. российских заморских колоний Соединенным Штатам можно говорить о завершении периода истории Русской Америки и начале периода ее наследия. Однако в течение почти 150 лет практически не изучались внутренние районы Аляски. Замалчивалось значение Русской Православной Церкви в освоении севера Тихого океана. Между тем, именно Православие стало носителем культурно-исторической традиции России в США. Православные духовные миссии были призваны не только заботиться об удовлетворении духовных потребностей русского населения, но и нести коренным жителям базовые ценности русской цивилизации. К ним, в первую очередь, относились традиции, мировоззрение и нравственные нормы восточного христианства, а также основанные на них гражданские качества, такие как патриотизм и верность православному монарху. Миссии открывали храмы и монастыри, организовывали школы для русских поселенцев и местного населения, осуществляли межкультурный и межнациональный диалог, принимая таким образом активное участие в созидании российского социокультурного пространства. Результатом миссионерской деятельности была не столько замена аутентичных национальных культур на русскую, сколько изменение сознания и образа жизни коренных народов при сохранении их национально-культурных особенностей. Благодаря такой политике автохтоны Сибири, Дальнего Востока, Аляски не были уничтожены или поглощены русской цивилизацией. Восприняв ее принципы, в том числе государственность и православную церковность, они вносили свое этническое своеобразие в многонациональную культуру Российской империи[17].

В начале XXI в. усилилось взаимодействие церковного и светского компонентов. Стали проводиться совместные исследования[18], результаты которых обсуждались на специальных международных конференциях. Отныне такие форумы организовывались регулярно.

Изучение вопросов уступки Аляски представляется важным, если мы говорим о современных российско-американских отношениях. Данное положение подтвердилось в ходе прошедшей 13 апреля 2016 г. в Институте всеобщей истории РАН международной конференции, посвященной изучению истории и наследия Русской Америки[19]. Открывая конференцию, научный руководитель ИВИ РАН, академик РАН А.О. Чубарьян сказал:

«Приветствую участников международной конференции “История и наследие Русской Америки”. Этой теме в Институте всеобщей истории придается большое значение, и она является одной из центральных в деятельности института. В настоящее время это направление успешно развивает г.н.с. ИВИ РАН А.Ю. Петров, который явился вдохновителем данной конференции и автором концепции ее проведения. Международная конференция состоялась благодаря активному сотрудничеству с Институтом Кеннана (США). В конференции принимают участие ученые из России, США, Норвегии. Это очень актуально, так как способствует развитию связей между ИВИ РАН и российскими и зарубежными научными центрами. Конференция собрала историков, филологов, этнографов, экономистов, что говорит о ее высоком междисциплинарном уровне. Замечательно, что присутствуют школьники и студенты, которые, надеемся, проявят и в дальнейшем интерес к данной проблематике. К конференции проявили внимание общественные и государственные деятели, Русская Православная Церковь. Выражаю надежду, что международная конференция пройдет на высоком организационном уровне и будет способствовать развитию научных и культурно-исторических связей между Россией и США, внесет свой вклад в изучение истории двух стран».

Конференция стала актуальной в разрезе развития российско-американских научных связей на современном этапе. Это подчеркнули в своих выступлениях министр иностранных дел России С.В. Лавров и зам. министра иностранных дел России С.А. Рябков. В частности, С.В. Лавров отметил:

«Изучение российского вклада в освоение, социально-экономическое развитие и становление Северной Америки вызывает искренний интерес в обеих странах. Наши отношения наполнены примерами успешного сотрудничества россиян и американцев, включая коренных жителей комитента, еще в 18-м веке установивших взаимовыгодные дружеские контакты. В последние годы удалось многое сделать для популяризации истории Русской Америки».

Специальный представитель Президента РФ по международному и культурному сотрудничеству М.Е. Швыдкой, говоря о важности изучения истории Русской Америки, отметил:

«История и наследие Русской Америки — это общая с США память и общее наследие. Не только памятники нуждаются в реставрации, но и общечеловеческие, межкультурные связи. Мы рады тому, что в Америке появляются такие важные культурные центры, связанные с историей русского присутствия в США, как Форт Росс, Музей русского искусства в Миннеаполисе (штат Миннесота) и др. В истории российско-американских отношений были разные периоды. Но гораздо больше было и остается того, что нас объединяет, чем разъединяет. Гуманитарные контакты не должны зависеть от политической конъюнктуры, ведь политические отношения — как маятник, редко находящийся по центру… Бывшее русское поселение и крепость в США — Форт Росс — до сих пор остается символом мира и дружбы. Изучение истории Русской Америки является актуальным. Очень важна обоюдная заинтересованность: как изучение наследия России в США, так и изучение наследия США в России… Взаимный интерес у представителей двух стран огромен, а общее наследие у нас необычайно велико».

Высказывания Министра иностранных дел России С.В. Лаврова и специального представителя Президента РФ по международному и культурному сотрудничеству М.Е. Швыдкого особенно актуальны в контексте образования в 2017 г. в МИД РФ межведомственной рабочей группы по вопросам сохранения российского исторического и культурного наследия в США.

Посол США в России Дж. Теффт и директор Института Кеннана в Москве М. Рожанский также подчеркнули заинтересованность Соединенных Штатов в рассмотрении всего многообразия вопросов, связанных с изучением истории и наследия Русской Америки, и выразили пожелания в дальнейшем развивать данную тематику.

В приветствии академика-секретаря Отделения историко-филологических наук РАН, научного руководителя Института этнологии и антропологии РАН, академика РАН В.А. Тишкова было отмечено:

«История и культурное наследие Русской Америки — одна из давних и эмоционально окрашенных тем в исследовательской повестке российских ученых. Эта тема волнует большое число россиян, интересующихся географией и краеведением своей страны, ибо речь идет в данном случае о выдающихся достижениях российской колонизации в регионах Сибири и Северной Америки. Открытие и освоение Аляски и Алеутских островов было и остается в памяти российского народа как одна из самых примечательных страниц отечественной истории, истории великих географических открытий и подвигов российских первопроходцев. Форт Росс — это самая дальняя точка в восточном, тихоокеанском направлении, куда дошла нога отечественных первооткрывателей и промышленников. Судьба этой темы в мировой историографии также не менее удивительна: в СССР одно время даже сам термин “Русская Америка” был почти под подозрительным запретом, а о продаже Аляски больше ходило народных слухов (“навсегда или на 99 лет?”), чем добротных исследований. В США также не было интереса к этой странице истории Аляски и Калифорнии, и также не было самого понятия “Русская Америка”. За последние полвека на памяти нынешнего поколения историков ситуация кардинально поменялась. Ученые Российской академии наук сыграли здесь решающую роль в своего рода втором открытии Америки для российской публики и для мировой историографии. Член-корреспондент АН СССР А.В. Ефимов и академик РАН Н.Н. Болховитинов заложили основы изучения истории Русской Америки, которые затем получили развитие в работе современной российской академической школы. В руководимом мною Институте этнологии и антропологии РАН, где долгие годы велись исследования в этой области, С.Г. Федорова опубликовала архивные документы Хлебникова по истории и этнографии Аляски, а затем совместно с канадским историком и географом Дж. Гибсоном нами было издано на русском и английском языках 2-томное собрание документов по истории крепости Росс и российско-калифорнийским связям. Организатор нынешней конференции — группа под руководством д.и.н., г.н.с. Института всеобщей истории РАН А.Ю. Петрова — существенно расширила научную проблематику, обратив внимание на особенности наследия России на американских территориях, некогда входивших в активную зону освоения Русской Америки, но находящихся на удаленном от центра расстоянии. Разработка данной проблемы связана с использованием новых материалов отечественных региональных и зарубежных архивов, музеев и библиотек, а также с привлечением сведений, полученных в ходе специальных полевых исследований.

Проведению нынешней конференции предшествовала значительная подготовительная работа. В 2009–2014 гг. были проведены пять исследовательских экспедиций во внутренние районы Аляски и на Алеутские острова. Полученные в ходе экспедиций знания об истории Тихоокеанского севера позволили по-новому оценить вклад России в материальное и духовное наследие региона.

Состав участников конференции показывает, что проблематика Русской Америки в настоящий момент объединяет группу международно признанных специалистов разного профиля — историков, филологов, этнографов, юристов, специалистов сферы подводной археологии, участников полевых исследований. Важным элементом в подготовке и проведении конференции стало участие Института Кеннана (США). Особое значение имеет участие в работе конференции историков Издательского совета Русской Православной Церкви, роль которой в истории и культуре Крайнего Северо-Востока России и Аляски была в подлинном смысле выдающейся. Одним из важнейших направлений в работе конференции является изучение истории уникального памятника деревянной российской архитектуры в США — Форта-Росс, который стал одним из символов исторических связей наших двух стран».

В результате архивных изысканий и анализа всего комплекса новейших исследований, представленных ведущими учеными на международных конференциях и конгрессах, мы пришли к следующим выводам. Историко-культурное наследие России в северной части Тихого океана — это сложный и многогранный феномен, который выходит за пределы тех границ, которые были установлены ранее согласно тем или иным соглашениям. Финансово-хозяйственный компонент, который был одним из ключевых при освоении Тихого океана в первой половине XIX в. в связи с продажей Аляски, уступает свое место Православию, которое становится движущей силой наследия России в Америке. Это наследие не исчезло под натиском переселенцев из континентальной части США, но сохранилось до настоящего времени, несмотря на продолжительный период отсутствия взаимодействия с Россией. История Русской Америки является одной из составляющих российско-американских отношений, не вызывающей негативного восприятия, и может служить основой для реализации широкого спектра возможностей в политике, культуре и экономике. Поэтому изучение истории и наследия Русской Америки остается актуальным в России и за рубежом.