Документы Правительственной закупочной комиссии СССР в США как источник по истории советско-американских отношений в годы Второй мировой войны

И.В. Быстрова

Быстрова Ирина Владимировна – доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института российской истории РАН; профессор Российского государственного гуманитарного университета (РГГУ).

DOI: 10.32608/1010-5557-2019-2018-242-250

---

Большое значение для организации советско-американского военно-экономического сотрудничества в условиях Второй мировой войны имело создание специального органа – Правительственной закупочной комиссии СССР в США (ранее эту функцию выполняла советско-американская торговая корпорация «Амторг»), которая приступила к работе в апреле 1942 г. Комиссия получила широкие полномочия, были созданы соответствующие отделы, штаты военных представителей СССР на предприятиях и в портах США.

Центральный аппарат Комиссии находился в г. Вашингтоне, первоначально были организованы отделения в Бостоне, Балтиморе, Нью-Йорке, Филадельфии, Сан-Франциско. В сентябре 1942 г. создано отделение в г. Фербенкс на Аляске, с 1 ноября – отделение в г. Портленд (отделения в Бостоне и Балтиморе были закрыты). К 1 января 1943 г. сформировался аппарат Уполномоченного Комиссии по Западному побережью, в составе отделений в Сиэтле, Такоме, Олимпии, Сан-Франциско и Портленде[1].

Открытие основополагающей отечественной архивной коллекции – Правительственной закупочной комиссии СССР в США (Российский государственный архив экономики. Фонд Наркомата внешней торговли) состоялось в полном объеме только в 2011–2012 гг., что позволило предпринять комплексное исследование истории ленд-лиза для СССР, переосмыслить вклад программы помощи Советскому Союзу со стороны союзников по антигитлеровской коалиции в достижение победы в войне, в развитие отношений между СССР и союзниками.

Главную ценность как источник представляет статистическая документация – отчеты, справки, калькуляции, которые позволяют осветить организационно-технический аспект деятельности Комиссии и раскрыть количественные параметры и динамику поставок по ленд-лизу в СССР по всем группам товаров и каждому товару в частности. «Человеческий аспект» освещен в документации о формальных и неформальных встречах, беседах, деятельности советских представителей в портах, на американских предприятиях, авиационных базах, использовавшихся в организации помощи СССР, а также о работе по сбору технической информации, повседневной жизни работников Комиссии в Соединенных Штатах.

Помимо текущей документации, большой интерес для оценки различных аспектов советско-американских отношений имеют аналитические записки работников ПЗК о внутренней и внешней политике США в условиях войны. История создания программы ленд-лиза была в систематическом виде изложена в материале, написанном заместителем Председателя ПЗК К.И. Лукашевым от 12 октября 1942 г. и отправленном в адрес секретариата Наркомата внешней торговли для передачи лично куратору программы ленд-лиза с советской стороны – народному комиссару внешней торговли СССР А.И. Микояну. Автор, имевший опыт многомесячной практической работы в США сначала в качестве председателя «Амторга», а затем и в ПЗК, сумел уже в 1942 г. весьма разносторонне и «изнутри» оценить значение программы ленд-лиза, в том числе в геополитическом измерении. Ценность аналитических материалов, вышедших из-под пера участников событий, заключается и в том, что они отражают оценки значения программы, возникшие непосредственно в ходе войны, без более поздних «идеологизированных» наслоений, сформировавшихся в условиях «холодной войны».

Автор излагает и историю зарождения идеи ленд-лиза, или «аренды взаймы», проистекавшей из особенностей отношений между США и Великобританией, и общественной дискуссии с США с ноября 1940 г. по 11 марта 1941 г. (когда был принят ленд-лизовский Акт – «Закон об обороне США») о «необходимости “спасти” Англию, как единственный путь против сокрушительной силы Германии»[2]. Лукашев в своем историческом очерке опирался на американские официальные источники, выступления политических лидеров США, в частности на отчет президента США Ф.Д. Рузвельта о ленд-лизе от 11 марта 1942 г., в котором были показаны впечатляющие цифры роста производственных мощностей американской промышленности. В отчете подчеркивалось, что «за последние полтора года необходимость снабжения военно-экономической помощью Великобритании, а затем СССР вызвала невиданное в истории США строительство военной промышленности, …изыскание стратегических сырьевых материалов». При этом с военно-политической точки зрения правительство США в то время не скрывало того факта, что первоначальное значение ленд-лизовского Акта заключалось в том, чтобы «обеспечить, чтобы война осталась вдали от нашей страны и нашего народа»[3].

В течение первого полугодия после вступления США в войну против Японии значение ленд-лиза значительно возросло. По выражению автора документа, упомянутый Акт стал «краеугольным законоположением США, формулирующим вопросы внутренней и внешнеполитической и экономической линии США как в период войны, так и после ее окончания». За первые 6 месяцев участия США в войне (после 7 декабря 1941 г.) ленд-лизовская помощь была в 3 раза больше, чем за предшествовавшие 6 месяцев[4]. С января 1942 г. темпы ленд-лизовской программы значительно ускорились. Программа реализовалась по ряду направлений, главным из которых была поставка товаров (83% помощи), а также обслуживание и ремонт кораблей, постройка заводов для производства ленд-лизовских товаров. За период до августа 1942 г. 35% от экспорта по ленд-лизу направлялось в СССР, 35% – в Великобританию, 30% – в страны Ближнего Востока, Австралию и т.д.

Важным источником информации для работников ПЗК при составлении ими аналитических сводок для советского правительства была американская пресса. В средствах массовой информации США уже в то время – середина 1942 года – выдвигалась чутко подхваченная советскими работниками и доложенная в Москву мысль о том, что ленд-лизовские договоры уже начинали играть роль «узловых инструментов внешней политики» США, становились первым шагом для развития «политики послевоенной реконструкции»[5]. Политика ленд-лиза распространялась как на страны, которые подписали соответствующие соглашения с США (Великобритания, СССР, Китай, Югославия, Франция [свободная], Бельгия [свободная], Гаити, Чехословакия, Гондурас, Боливия, Мексика, Бразилия, Никарагуа, Греция, Исландия, Норвегия, Польша, Колумбия, Куба, Доминиканская Республика, Парагвай, Уругвай, Венесуэла, Эквадор, Эль-Сальвадор), так и ряд других стран (Аргентина, Гватемала, Панама, Чили, Иран, Ирак, Турция). В отношении оккупированных государств, таких как Франция, Норвегия и другие, ленд-лизовская помощь оказывалась правительствам этих стран в изгнании, находившимся в Лондоне. То обстоятельство, что в этих странах, по американским источникам, проживало более 2/3 населения земного шара, являлось доказательством того, что политика ленд-лиза являлась важнейшим фактором внешней политики США[6].

Общая оценка роли ленд-лизовских поставок в военной экономике США была дана в аналитической записке «Обзор хозяйственной деятельности и внешней торговли США за 1942 год», направленной начальником Учетно-экономического отдела ПЗК В.Ф. Тепляковым в НКВТ 2 марта 1943 г. Обзор был составлен по материалам американской прессы и официальных статистических источников. В нем выделялись направления военно-экономической мобилизации: «1942 год для США был годом мобилизации всех ресурсов страны и использования их для ведения войны. США сумели за один год переключить в основном свое хозяйство на военные рельсы, в то время как для Японии для этого потребовалось 10 лет, для Германии – 5 лет»[7]. Контроль над производством и распределением был возложен на Комитет военного производства (или «Военно-промышленный комитет» (War Production Board), получивший «исключительные права» по распределению ресурсов между основными потребителями. В результате быстрой перестройки в 1942 г. 55% всего промышленного производства шло на военные нужды, а по товарам длительного пользования на военные нужды шло уже 77% (в 1941 г. – 18 и 27% соответственно).

Согласно заявлению Администратора ленд-лиза Э. Стеттиниуса, «в Советский Союз было направлено 2600 самолетов, 3200 танков и 8000 грузовиков. За тот же период с марта 1941 г. по декабрь 1942 г. в США было произведено 65 тыс. самолетов, 35 тыс. танков и 1,5 млн грузовиков (включая военные и невоенные). Доля ленд-лизовской помощи, отправленной в СССР, включая товары и обслуживание, составила 18,6%. В СССР было отправлено 19,2% всех товаров, посланных из США по ленд-лизу (не считая обслуживания)»[8].

В течение 1941–1942 гг. самый большой процент отправок в СССР в общем объеме ленд-лизовской помощи составляли танки и запчасти к ним – 39,2%, затем следовали самолеты – 26,6%, металлы – 22%, машины – 22%, а морское оборудование составляло в тот период всего 4%[9]. Согласно заявлению Э. Стеттиниуса, сделанному газете «Геральд-Трибюн» от 11 февраля 1943 г., в январе 1943 г. ленд-лизовская помощь составила 811 млн долл., т.е. была на уровне 20 млрд долл. в год, и, что принципиально важно, – большая часть этой помощи за январь пошла в Советский Союз (этот радикальный сдвиг, возможно, объяснялся магическим влиянием победы СССР в Сталинградской битве).

По данным авторов «Обзора», вопрос организации ленд-лизовского снабжения стал в первые месяцы 1943 г. снова предметом обсуждения в американской печати. В связи с истечением 1 июля 1943 г. срока действия закона о ленд-лизе в Конгресс США было подано предложение о продлении срока действия этого закона на 1943–1944 гг. В связи с этим, по мнению работников ПЗК, «отдельные консервативные элементы подняли в печати вопрос о недоверии вопроса руководства ленд-лизовскими материалами со стороны Гопкинса»; имели место выступления против отправки некоторых материалов по ленд-лизу в Советский Союз.

По мнению авторов документа, большинство государственных деятелей США высказывались за продление закона о ленд-лизовской помощи. Так, министр военных дел США Г. Стимсон считал, что ассигнования по ленд-лизу на следующий год должны быть увеличены до 60 млрд долл. Вместе с тем он заявил, что если США после войны начнут требовать доллары за оказанную ленд-лизовскую помощь, то это может привести к международным осложнениям и даже к Третьей мировой войне[10].

По сведениям газеты «Нью-Йорк Таймс» от 4 февраля 1943 г., помощник министра иностранных дел США Д. Ачесон, выступая перед комиссией Конгресса по международным вопросам, заявил, что ленд-лиз есть часть внешней политики США. Он также поддержал предложение о продлении закона о ленд-лизе, считая, что во время войны система ленд-лиза дает возможность «объединить все ресурсы страны и Объединенных наций в борьбе против общего врага», а также создает возможность улучшения послевоенных международных экономических отношений[11].

Механизм борьбы за размещение и выполнение советских заказов освещается в текущей документации ПЗК. В качестве способов продвижения советских заявок работники ПЗК предлагали следующие: упрощение заявок, приближение их к американским стандартам, усиление личного воздействия, контактов и прямого «нажима на американцев» для скорейшего продвижения заявок, борьба за присвоение советским заказам американскими органами более высоких «приоритетов» при поставках.

Один из традиционных методов добиться увеличения размещения соответствующих заказов – уменьшить заявки по некоторым другим видам оборудования – вызывал критику со стороны ряда работников ПЗК. Они предлагали сделать ставку на другой метод – активный натиск на американскую сторону – или, по их словам, метод «выжимания», с целью заставить выполнять обязательства. Как видно, эти методы часто были эффективными, что можно показать на примере истории составления Второго Протокола ленд-лиза, рассчитанного на период с 1 июля 1942 г. по 30 июня 1943 г. Обстановка, в которой начались переговоры и работа по составлению Второго Протокола, сложилась под влиянием крупного прорыва в отношениях СССР с США и Великобританией, связанного с поездкой наркома иностранных дел СССР В.М. Молотова в Лондон и Вашингтон в июне 1942 г. и заключением советско-американского договора. Появилось нечто «новое в отношениях» между союзниками, даже «оттенки искренности при решении практических вопросов, связанных с аллокацией материалов и установление приоритетов для оборудования и материалов»[12]. Документы показывают, что СССР удалось добиться от американцев обещания поставок по Второму Протоколу индустриального оборудования на большую сумму, чем изначально планировали в США.

С 12 мая 1945 г. в связи с прекращением военных действий в Европе американское правительство приняло скоропалительное решение о прекращении поставок по ленд-лизу, которое было сразу оспорено ПЗК, и поставки, хотя бы и в урезанном виде, продолжались до 20 сентября 1945 г. С 15 октября было подписано кредитное соглашение между СССР и США.

Основополагающее значение для углубленного изучения номенклатуры и динамики поставок из США в СССР по ленд-лизу имеют сводные статистические материалы, хранящиеся в архивной коллекции ПЗК. Они дают полное и детальное представление о масштабах поставок и их реальной номенклатуре вплоть до последнего гвоздя. Поставки по ленд-лизу охватывали все отрасли народного хозяйства СССР. Номенклатура поставок состояла из нескольких товарных групп: «Вооружение и военное снаряжение», поставки металлов и других материалов (нефтепродукты, оборудование для железных дорог, химикаты), «Промышленное оборудование», товары интендантского назначения, продовольственные товары (и медицинские поставки).

По данным ПЗК относительно размещения заказов через ленд-лиз по основным группам товаров за период с 1 октября 1941 г. по 15 сентября 1945 г., всего было отгружено в СССР товаров на сумму 9 423 878 тыс. долл. Первое место по стоимости поставок занимало продовольствие – 1 727 574 тыс. долл., второе – самолеты и авиационное оборудование – 1 555 728 тыс. долл., третье – автомашины, мотоциклы и дорожные машины – 1 082 873 тыс., четвертое – промышленное оборудование – 1 064 260 тыс. долл.[13]

Cогласно американским данным, обобщенным на основе опубликованного в США официального отчета о военной помощи историком Р. Джонсом, по объему – тоннажу, выраженному в так называемых длинных тоннах (дл. т.), – поставки грузов морским путем распределялись следующим образом: продукты питания – 4 464 977 дл. т., металлы – 3 575 084 дл. т., автомашины – 2 290 830 дл. т., нефтепродукты – 2 112 449, химические и другие взрывчатые вещества – 1 207 764 дл. т., другие поставки – 1 221 307 дл. т., железнодорожные транспортные средства – 468 532 дл. т., канадские и британские поставки – 968 648 дл. т., другие источники – 2294 дл. т. Всего было поставлено 17 500 933 дл. т. грузов[14].

Следует отметить, что в эти подсчеты не входили самолеты и морские суда, которые доставлялись своим ходом. Эти поставки были также весьма значительными. Таким образом, и по американским, и по советским данным, лидировали по объему и по стоимости поставок продукты питания. Не случайно знаменитая американская тушенка получила в народе название «второй фронт».

Изучение статистики позволяет также выявить причины расхождений в американской и советской статистике военных лет. Итоги анализа расхождений между советскими и американскими данными были подведены в докладной записке на имя наркома внешней торговли А.И. Микояна, подписанной начальником Учетно-экономического отдела НКВТ т. Колпаковым. Он сообщил, что 26 августа 1944 г. в газетах был опубликован отчет Ф.Д. Рузвельта об исполнении закона о передаче взаймы или в аренду вооружения или материалов за время с 11 марта 1941 г. по 30 июня 1944 г. В связи с этим отделом НКВТ было проведено и доложено наркому «сравнение данных, опубликованных американцами, с данными учета НКВТ», в общем итоге выглядевшее так:

Данные американцев: 5 900 млн долл.

Данные учета НКВТ: 5 989 млн долл.

Общая сумма экспорта из США в СССР с 1 октября 1941 г. по 30 июня 1944 г. составила. Из этих данных следует, что расхождение составило на момент подсчетов около 1 млн долл.

По мнению Учетно-экономического отдела НКВТ, «расхождение происходит в основном за счет оценки продовольственных товаров, которые нами оцениваются по официальным справочниками Министерства земледелия, а Рузвельт пользуется данными Министерства торговли. Установлено, что Министерство торговли сообщает Президенту цены по данным таможенного учета, которые являются условными и более низкими»[15].

Таким образом, расхождения в советских и американских данных учета поставок по ленд-лизу объяснялись, во-первых, расхождениями данных по источникам различных ведомств США, и, во-вторых, тем, что советская и американская сторона включали или не включали в отчетные данные некоторые поставки (например, поставки из Великобритании и поставки за наличный расчет).

Документы ПЗК отражают «человеческий» аспект советско-американского сотрудничества, позволяют дать срез повседневной жизни советского человека в США. Аппарат ПЗК в Вашингтоне располагал своим «парком» в количестве 16 автомашин и одного автобуса, которые работали с полной нагрузкой. Автобусом перевозились дети сотрудников ПЗК при поездке в школу и из школы, а также пользовались за плату сотрудники ПЗК в начале и по окончании работы. Проживали сотрудники аппарата Комиссии в ряде арендованных домов, в том числе в трех общих для сотрудников и трех отдельных домах для Председателя Комиссии и его заместителей. В 1942–1945 гг. были организованы школа и летний лагерь для детей сотрудников ПЗК, налажено культурно-массовое обслуживание и клубная работа, проводились регулярные спортивные мероприятия. Советские работники прочно обосновались в США – ведь ПЗК продолжала свою работу до 1948 г. В конце войны ее работники считали, что, по крайней мере, на ближайшие три года Америка будет являться одним из главных источников нашего снабжения.

Среди основных методов работы советских представителей – «знакомства и связи с американскими представителями Правительственных учреждений», «работа по использованию американской техники», для чего использовались беседы с представителями промышленности и посещения фирм. При этом если с чиновниками можно было работать методами давления, то фирмы нужно было уговаривать, если не согласятся – искать ту фирму, которая согласится.

ПЗК добивалась от американской стороны выполнения требований советской стороны по улучшению и «переделке» поставляемых образцов военной техники для условий СССР (например, самолетов «Аэрокобра», других видов авиационной и бронетанковой техники). И добилась от американцев почти всего, чего хотела (кроме атомной бомбы и ряда новейших образцов военной техники).

Достаточно сказать, что символы ленд-лиза – американская тушенка и грузовик «Студебеккер» стали выпускаться американцами специально и эксклюзивно для СССР, по советскому заказу и для советских условий.